Черный Отряд

Шукрат забыла, что в тот день, когда она попала к нам руки, она тоже была облачена в ту же самую одежду. И была при этом не одна. Она забыла, что неуязвимых не бывает.

Чародеи всегда отличаются самоуверенностью. Особенно молодые.

Те, чья самоуверенность оправданна, остаются в живых и становятся старыми чародеями.

Следом за нами отправится взвод элитных бойцов – достаточно далеко, чтобы не уязвить гордость Шукрат, но достаточно близко, чтобы спасти ее пухленькую задницу, если уверенность юной чародейки окажется не совсем оправданной.

Уж ради Тобо я постараюсь, чтобы она хотя бы на день приблизилась к тому, чтобы стать старой чародейкой.

* * *Мурген добыл пускатели огненных шаров для себя и Тай Дэя. Дядюшка Дой добыл сам себя вместе с Бледным Жезлом и пригласил себя поучаствовать в игре. Может, он и в несколько раз старше меня, зато до сих пор проворнее. Он и его ученики крались через искалеченный сражением лес настолько тихо, что я уже начал гадать, не оглох ли я ненароком. Мои старые кости заупрямились, и кончилось тем, что я очутился в арьергарде. Сегодня все тело упорно напоминало, что я был тяжело ранен, и не очень давно. Впрочем, оно это проделывало почти ежедневно.

Я так и не успел снять доспехи Жизнедава. Хотя их хсиенская копия вела себя потише изготовленного Душеловом металлического оригинала, я громыхал, как повозка с железным ломом.

Несмотря на совет Госпожи, я все же прихватил копье Одноглазого.

Летательный столб Шукрат дрейфовал следом за ней. На нем восседали мои вороны. Одна указывала направление, вторая вскоре отправилась передать праздничный привет в тыл.

Где-то в мире сегодня наверняка отмечали праздник. И судьба позволила мне разглядеть вдалеке Гоблина – явно в отключке, каким он обычно бывал в те дни – полжизни назад, когда вдрызг напивался, придумывая себе повод для праздника. Я перехватил черное копье поудобнее.

Девушку я тоже заметил. Она уже ходила, но совсем как пьяный, который вот-вот вырубится. Мне вспомнилось, как давным-давно я вместе с братом по имени Ворон устроил по поручению Душелова засаду на чародейку Шепот. Ирония судьбы. Тогда эта безумная женщина была нашим нанимателем. А теперь работает на нас. Точнее, получит возможность работать на нас, если я сумею сохранить ей жизнь. А это может оказаться нелегко.

А теперь мне было больно видеть девушку и своего старого друга. Жаль, нет у меня оружия, которым я мог бы завершить все здесь и сейчас.

Копье Одноглазого шевельнулось в руках.

Я указал на зловещую парочку Мургену и Тай Дэю и выдохнул:

– На обратном пути. Когда вынесем Тобо и Ревуна. – И показал на их бамбуковые шесты.

Мурген изобразил невозмутимость. Тай Дэю даже изображать не пришлось. Насколько я могу судить, лицо Тай Дэя не способно отображать эмоции.