Черный Отряд

Я повернулся к Госпоже. – Так что, запрячь его в работу?

– Обязательно. В первом ряду. Одноглазый же был его лучшим другом, разве не так?

– Мурген, когда он сюда спустится и мы с ним поговорим, отведи его туда, где я поставил пару двухдюймовок. Мы не знаем, остались ли в них заряды. Парней, что с ним пришли, отведи назад, пусть прикрывают подступы к вратам. А сам оставайся с Тай Дэем и Гоблином.

Мурген бросил на меня настороженно-равнодушный взгляд.

– Если придется, проткни его. Или шарахни по голове. Если он даст тебе повод.

– Какой, например?

– Не знаю. Ты взрослый и умный мужчина. Неужели сам не поймешь, нужно ли брать его в оборот?

– А тебе не кажется, что те двое приставлены к нему именно для этого?

Об этом я не подумал. Что ж, вполне вероятно.

– Они из тех, кому мы можем полностью доверять?

– Пока я шел сюда, то так и не разобрался, кто они такие.

– Значит, мой приказ остается в силе.

* * *Я внимательно рассматривал Гоблина. В последний раз я видел его незадолго до того, как оказался в подземелье. Он сильно постарел.

– Когда я слышал о тебе в последний раз, мне сказали, что ты дезертировал.

– Я уверен, что Одноглазый все это объяснил. – Голос у него остался прежним, но в самом Гоблине ощущалось некое неуловимое отличие, причинами которого, наверное, были скорее время и предательства памяти, чем любое новое зло внутри него, но я из-за своей подозрительности никогда еще сильно не ошибался."

"Рост Гоблина приближался к нижнему концу шкалы для нормальных людей. И еще он был относительно широкоплеч, несмотря на то, что в последние годы плохо питался. И еще у него практически не осталось волос. К тому же он почти не улыбался. Он выглядел бесконечно усталым, словно с трудом выдерживал накопившийся груз лет, подсчитывать которые стало для него непосильной задачей.

Мой долгий сон в пещере среди древних старцев тоже нельзя было назвать бодрящим.

– Одноглазый был бесстыжим лжецом. Как мне сказали – через пятнадцать лет после самого события, – идея принадлежала тебе, а он лишь увязался следом.

– Капитана это удовлетворило. – Он не спорил и не ехидничал. И это стало последним намеком, который мне требовался. В этом Гоблине не осталось юмора. А это крупное изменение.

– Рад за нее. Ты прибыл как раз вовремя. Форвалака будет здесь через несколько минут. И на этот раз мы ее убьем. Ты ведь не растерял свои навыки, пока торчал в ловушке, верно?

В глубине его глаз что-то шевельнулось – как мне показалось, нечто холодное и злое. Но это вполне могло быть и раздражение из-за того, что на него столь пристально и внезапно уставилось множество глаз.

– Капитан?

Тот, кто меня окликнул, наверняка один из настоящих ветеранов Отряда.