Черный Отряд

Похоже, эта крошка вообразила себя хозяйкой положения? Хотя, по правде говоря, я даже не уверена, мог ли он разобрать, кто перед ним – он, она или оно.

Я слегка подраспахнула свои лохмотья в области шеи, чтобы стал виден медальон Черного Отряда, висящий на серебряной цепочке. И сказала:

– Воды спят.

Не сомневаюсь, что даже в такой глухомани уже слышали это изречение.

Хотя мне и не удалось добиться, чтобы его люди немедленно сложили оружие, зато я выиграла несколько секунд, что дало возможность подтянуться нашим. А вид у них был устрашающий – ну, точно банда головорезов. По сторонам от меня встали Тобо и Гоблин. Позади послышался голос Сари, окликающей сына, но он, естественно, и ухом не повел. Вообразил, что теперь он один из этих взрослых парней. Не сомневаюсь, что Гоблин, от которого, как всегда, пованивало, всячески поддерживал эти его фантазии.

– Советую разоружиться, – сказала я офицеру. – Как тебя зовут? В каком ты звании? Если не прислушаешься к моему совету, пострадает множество людей. И главным образом твоих. Если же будешь сотрудничать с нами, все обойдется без кровопролития.

Толстяк снова начал хватать ртом воздух. Не знаю, чего он ожидал. Явно не того, что обнаружил. Все было не так, как он рассчитывал. В том числе и я. Привык, наверно, запугивать несчастных беженцев, слишком потрепанных судьбой, чтобы у них могла возникнуть сама мысль о сопротивлении.

Гоблин прокаркал:

– Это твой шанс, парень. Покажи нам, на что ты способен.

– Вот что я отрабатывал, когда никого не было поблизости. – Тобо добавил что-то еще, но так тихо, что я не разобрала ни слова.

Прошло несколько секунд, и меня перестало волновать, что именно он сказал. Тобо начал превращаться во что-то непонятное. Тобо начал превращаться во что-то такое, от чего даже у меня мороз по коже пошел.

Неужели парнишка научился менять свой облик? Невозможно. Даже мастеру на это потребовались бы годы.

В первый момент мне показалось, что он собирается превратиться в какое-то мифическое существо – в тролля, великана-людоеда или в некое уродливое, клыкастое и зубастое создание, в какой-то степени все же смахивающее на человека. Однако он продолжал изменяться, превращаясь во что-то насекомоподобное, вроде богомола, и становясь по-настоящему отвратительным, вонючим и огромным, причем с каждым мгновением делаясь все отвратительнее, все зловоннее и все больше.

Собственно говоря, запах мог быть моим собственным. Наверняка я пахну не слишком приятно, то есть для других людей, – просто чудовищно; однако в обычном состоянии человек не ощущает своего собственного запаха.

Подобно тому, как в большинстве случаев действовали его учителя, Тобо создал лишь иллюзию, не переходящую в подлинную трансформацию. Но южане не понимали этого.