Черный Отряд

– Кости целы, но характер ничуть не изменился. Приятно поговорить с человеком, когда не нужно задирать голову, чтобы заглянуть ему в глаза.

– Вот дерьмо! Выставлю за дверь, если будешь так разговаривать. Недаром я не слишком скучал по тебе.

– Приятно слышать. Как там Одноглазый?

– Чуток получше. Теперь, когда Гота здесь, дело пойдет еще быстрее. Но полностью он уже никогда не оправится. Будет нетвердо стоять на ногах, все делать медленно и с перерывами. Если, конечно, ему взбредет в голову чем-то заняться. И с общением у него тоже всегда будут трудности, в особенности, если разволнуется.

Я кивнула, набрала в грудь побольше воздуха и спросила:

– Это может повториться?

– Может. Так часто бывает. Хотя, по-моему, не должно бы. – Он потер лоб. – Голова болит. Мне нужно поспать.

– Если ты хочешь выспаться, лучше ложись прямо сейчас. Дело сдвинулось с мертвой точки, сам видишь. Когда мы расшевелимся как следует, ты будешь нужен нам свеженький, как огурчик.

– Есть и еще одна причина, по которой я не скучал по тебе. Пока ты тут не появилась, все было тихо и спокойно. А сейчас, пожалуйста, и люди, и вещи – все кувырком, все готовы вцепиться друг другу в глотку.

– Да, со мной не соскучишься. Как думаешь, стоит мне пойти проведать Одноглазого?

– Решай сама. Но ты разобьешь ему сердце, если не сделаешь этого. Он и так уже, наверно, весь испереживался – как это ты явилась и не пришла к нему первому.

Я спросила, как найти Одноглазого, и ушла. По дороге мне бросилось в глаза, что беженцы, не связанные с Отрядом, потихоньку покидали лагерь. В Новом Городе тоже явно было неспокойно.

Гота, Дой и Лебедь расположились неподалеку от лагеря на склоне холма. Тобо, точно щенок, бегал и прыгал вокруг них. Интересно, какую позицию займет Лебедь теперь, когда дело по-настоящему пошло. Скорее всего, постарается оставаться нейтральным, пока сможет.

– Ты выглядишь лучше, чем я ожидала, – сказала я Одноглазому, который и впрямь был занят каким-то делом, когда я заглянула к нему в палатку. – Это копье? Я думала, ты давным-давно потерял его.

Оружие, о котором шла речь, было покрыто сложной резьбой и богато украшено. Вещь огромной магической силы, над которой Одноглазый начал работать еще во время осады Джайкура. Тогда он изготовлял это копье со вполне определенной целью – чтобы добраться до Хозяина Теней Тенекрута. Позднее Одноглазый усовершенствовал его, собираясь использовать против Длиннотени. Копье отличалось такой мрачной, но впечатляющей красотой, что казалось грехом использовать его просто как орудие убийства.

Одноглазому потребовалось некоторое время, чтобы взять себя в руки. Он поднял на меня взгляд. Когда я видела его в последний раз, это были лишь жалкие остатки того Одноглазого, каким он был во времена моей молодости.