Черный Отряд

Теперь мы почти каждый день видели эту птицу. Без сомнения, она следовала за нами. Лебедь клялся, что она пыталась заговорить с ним, когда он забрался в кусты, чтобы облегчиться.

Я спросила его, чего она хотела, и он ответил:

– Ну, я постарался поскорее убраться оттуда, Дрема. У меня проблем и без того хватает. Не хочу прослыть человеком, который болтает с птицами.

– Может, она собиралась сказать что-то важное.

– Без сомнения. И если у нее в самом деле есть желание сообщить кому-то скверную новость, пусть поговорит с тобой.

Сейчас Лебедь посмотрел на склон и сказал:

– Она прячется от чего-то.

– Но не от нас. – Земля на склоне холма выглядела совершенно нехоженой. Внизу извивалась тропа, которая тянулась дальше вдоль берега, но людей и там не было видно. Теперь этот путь был почти заброшен. – Я могла бы провести остаток своих дней в уединении на берегу этого озера, – сказала я Лебедю.

– Не самое лучшее место, разве что у тебя не будет выбора.

В чем-то он был прав. Эта местность выглядела гораздо более заброшенной, чем двадцать лет назад. Тогда вокруг озера было разбросано много деревушек.

– Взгляни туда, – сказал Лебедь, оглянувшись.

– Что? – Я присмотрелась, но увидела не сразу. – Ох! Птица?

– Не просто птица. Ворона. Причем вполне определенного типа.

– У тебя глаза лучше моих. Не смотри в ту сторону. Если не обращать на нее внимания, может, и она нас не заметит. – Сердце у меня, однако, заколотилось чаще.

Может, это обыкновенная дикая ворона, ничего общего не имеющая с Душеловом. Вороны непривередливы в том, что касается еды.

А может, Протектор, наконец, начала разыскивать нас за пределами Таглиоса."

"Белая ворона куда-то подевалась, черная, наоборот, взлетела, причем явно что-то искала. Что бы это значило?

Поделать с ней мы, однако, ничего не могли. Хотя в глазах дядюшки Доя всякий раз, когда он видел черную ворону, появлялось оценивающее выражение.

Спустя некоторое время интерес у нее пропал и она улетела. Я сказала остальным:

– Не обращайте внимания. Вороны, конечно, птицы шустрые, но тупые. Каждая в отдельности много «на хвосте» не унесет, сколько бы Душелов их ни инструктировала. К тому же, может, они и не имеют к ней отношения.

И все-таки сейчас дикие вороны попадались гораздо реже, чем прежде. А те, которые уцелели, казалось, все находились под контролем Душелова. Очень может быть, что именно ее вмешательство и приводило к тому, что их осталось так мало.

Если эта ворона на самом деле была разведчицей Душелова, пройдут дни, прежде чем она сможет что-нибудь ей сообщить.

– Если она что-то заподозрила, вскоре здесь могут появиться и Тени, – заметил Дой.

Это, конечно, было самое лучшее средство Душелова выследить нас.