Черный Отряд

 – За исключением того, что относится к господину Сантараксита. Этот вопрос не обсуждается, старикашка.

Одноглазый захихикал.

– Не должно быть никаких исключений.

– Слишком многие станут пальцами указывать, если это случится, – сказал Гоблин.

Одноглазый захихикал снова.

– Но в каком направлении, Малышка? Наверняка, не туда, куда следует. Нам сейчас, конечно, излишнее внимание ни к чему. По моему мнению, мы гораздо ближе к своей цели, чем кое-кто из нас думает.

– Воды спят. Мы должны добиться того, чтобы к нам относились серьезно.

– А я о чем толкую? Мы используем их шарфы, чтобы убрать информаторов и тех, кто знает слишком много. Библиотекаря, к примеру.

– Я не отклонюсь от истины, если предположу, что ты уже давненько подумываешь обо всем этом и держишь наготове небольшой такой списочек людей, которыми следует заняться в первую очередь?

Этот список наверняка будет включать в себя всех тех, кого он считает ответственными за свои неудачные попытки утвердиться на таглиосском черном рынке.

Он затрясся от смеха. И вдруг шарахнул Гоблина своей тростью.

– Ты был прав, когда говорил, что у нее ум как бритва.

– Давай сюда твой список. В следующий раз, как увижу Мургена, обсужу его с ним.

– С призраком? Ты же знаешь, у них отсутствует чувство перспективы.

– Ты имеешь в виду, что он все видит и потому понимает, что ты на самом деле собой представляешь? С моей точки зрения, это и есть перспектива. Невольно возникает мысль – может, в свое время Отряд сумел бы добраться до Хатовара, если бы наши тогдашние братья имели в своем распоряжении призрака, который не спускал бы с тебя глаз?

Одноглазый пробурчал что-то о безрассудстве и порочности мира. Сколько я его знаю, он всегда пел эту песню. И будет продолжать в том же духе даже после того, как сам станет призраком."

"– Как думаешь, Мурген мог бы установить, где источник зловония, от которого тут скоро дышать нечем будет? – задумчиво спросила я. – Вонь идет откуда-то со склада, где До Тран хранит крокодиловы шкуры, но это не они так воняют. У крокодиловых шкур свой собственный и даже немного приятный запах.

Одноглазый посмотрел на меня таким взглядом, точно готов был разорвать на куски. Сейчас он охотно сменил бы тему разговора. Эта вонь распространялась от крошечного, спрятанного в подвале заводика по производству пива и ликера, о чем, как считали они с До Траном, никто не догадывался. Бонх До Тран, прежде наш благодетель только ради Сари, теперь, практически, стал заодно с этим старым хрычом, потому что питал слабость к конечному продукту, который производил Одноглазый. Но не только. Его так и тянуло к нелегальным и теневым доходам, и еще ему нравились крепкие парни, готовые вкалывать за ничтожные деньги.