Черный Отряд

– А пояснее нельзя?

– Ни в коем случае. Вдруг да пташка услышит.

– Скажи, почему ты встречаешься с этой птичницей? – Я взял за обычай приставать к нему с этим, так же, как он цеплялся ко мне с расспросами о дядюшке Дое. Что вовсе ему не нравилось. Ответа я не получил.

– У тебя есть дело. По существу, даже два. Вот ими и занимайся. Если я лишусь тебя, у меня не останется никого, кроме Одноглазого. – Он бросил на меня суровый взгляд.

– Представляю, как это будет ужасно.

Костоправ уловил мой сарказм.

– Когда будет готов Дрема? Что-то я давненько его не видел.

– Я тоже. – В данном случае, если подойти формально, мои слова не были ложью. – Уж больно занят был. Составлял чертеж внутренних помещений Вершины.

Что тоже соответствовало действительности. Я вычерчивал план, когда не находилось дела поинтересней. И не прилагал особых усилий для слежки, хотя кое за кем последить бы стоило.

– Ты знаешь, насколько глубоко уходят в землю его подвалы?

– Нет. Как не знают и вороны.

– Тут он, пожалуй, ошибался. Некогда Душелову довелось побывать в подземельях Вершины. В качестве узницы. Но с меня этого разговора хватило. Ясно, что нашей паранойе конца не видно.

– Ладно. Пожалуй, я прогуляюсь.

Одноглазый сидел напротив матушки Готы, по другую сторону костра. Они не разговаривали, однако их взаимная терпимость и сама по себе вызывала немалое удивление. Неужто паршивый колдунишка и впрямь пытался сосватать ее за Гоблина? Глазенки у него, во всяком случае, бегали так, словно он затеял какую-то пакость.

Мой телохранитель сидел рядом со своей мамочкой, кормившей его пакостной хренью, которую нюень бао почему-то считают едой.

Проскользнув мимо них, я поднырнул под рваное одеяло и залез в логовище Одноглазого. Вонища там стояла страшенная. Уж не знаю, кого он собирался дурачить: ни у одного нормального человека не могло возникнуть сомнения относительно назначения этого густого сусла. Надо полагать, пойло из него выйдет такое же вонючее. Одноглазый побросал в свой жбан решительно все, что могло быть подвергнуто брожению. Копченый лежал на походной койке, изготовленной Лофтусом и его братьями по заказу Одноглазого, коматозный колдунишка располагал лучшей кроватью во всей провинции. Я пристроился на стуле, размышляя: можно ли будет и вовсе обойтись без него. В конце концов я решил, что опыты подождут. В настоящий момент предпочтение следовало отдать надежности. Однако, мне следует вытащить его из этой дыры. При первой возможности я тихонько перетащу Копченого к Костоправу, то-то у него радости будет – полные штаны. В первую очередь я нашел Дрему: парнишка все еще дожидался Бонх До Трана в его городском доме. Последовав за Траном на болота, я приметил, что старик встревожен. Почему – я не понимал.