Черный Отряд

Костоправ кивнул, бросил взгляд на Тай Дэя и сказал:

– До них я еще доберусь. А сейчас отправляйся спать. Завтра предстоит долгий день.

Я понял, что мне лучше отдохнуть сейчас, потому как потом такой возможности может не представиться. Тай Дэй, судя по физиономии, жалел, что не удосужился выучить несколько чужеземных наречий.

30"

"Я оказался прав. Возвышенность являлась ключом к перевалу. Правда, чтобы додуматься до этого, не нужно быть великим стратегом. Сигналом к возобновлению битвы послужил освежающий душ из огненных бомб. Впервые за все время боя наши залпы разрядили шесты. Чем до крайности разозлили Госпожу, с пеной у рта проклинавшую все и вся за пустую трату зарядов.

Честь наступать первым снова выпала Прабриндраху Драху. Трудно было поверить в то, что солдаты Могабы не уничтожены шквальным огнем, однако князь натолкнулся на ожесточенное сопротивление. Тенеземцы дрались храбро, хотя бы потому, что ничего другого им не оставалось. Как это зачастую случается в отчаянных ситуациях, давала себя знать их превосходная выучка. Князь наседал упорно, но прорваться ему не удавалось.

Могаба ухитрился буквально из ничего сколотить небольшой резерв. Он перебрасывал этот отряд вдоль фронта, мгновенно затыкая дыры. Его ум, воля и стремление спасти положение творили чудеса. Но он был обречен. Обречен из-за безумного упрямства его правителя.

До сих пор Хозяин Теней думал только о том, как удержать проход, не отдав его Черному Отряду. Создавалось впечатление, что мир рухнет, если мы пересечем Данда-Преш. Но когда огненные шары стали с шипением вспарывать воздух у самых его ушей, у него возникла новая идея.

– Подготовь свой ковер, – сказал он Ревуну.

– А ты, генерал, вызови сюда Обманника Сингха, дитя и самых ценных из своих офицеров.

Неожиданно он почувствовал полнейшее спокойствие. Овладев собой, он на время обрел рассудительность, достойную могущественного властителя. С полминуты Ревун молча смотрел на него, а потом кивнул. Маленький чародей тоже носил маску, но она почти не скрыла его презрительную мину.

– В настоящий момент отступление было бы преждевременным, – заявил Могаба.

Я готов был поверить в то, что этот человек – святой. Святой служитель какого-то дьявольского культа, но, тем не менее, святой. Его героизм не имел себе равных. Длиннотень же был хуже испорченного ребенка. Интересно, как этому недоумку удалось обрести такое могущество?

– …Обстановка еще может измениться, если ты позволишь мне…

– Ты будешь исполнять мои приказы, – оборвал его Длиннотень.

– По всей видимости, да. Именно так я поступал в течение последних четырех лет. Что и привело нас к такому результату.