Черный Отряд

Я развернулся и пополз прочь из зала. И плевать мне было, что бы там ни подумал дядюшка Дой.

В Отряде я много чего насмотрелся – и пыток, и невероятных жестокостей, и бесчеловечности, которой даже осмыслить не мог, однако ни разу не сталкивался с людоедством со всеобщего одобрения.

Меня не вырвало. Я не вскипел от гнева. Последнее было бы глупостью. Я просто удалился настолько, что мог бы говорить без опасений быть услышанным.

– Я видел достаточно. Идем отсюда.

Дядюшка Дой отвечал легкой улыбкой и едва заметным движением брови.

– Мне нужно обдумать это. И записать. Мы можем не пережить этой осады. Они, скорее, всего, переживут. Осаду должна пережить и весть о том, кто они такие.

Он пристально разглядывал меня. Может, размышлял, не балуемся ли и мы жареным мясцом «длинных свиней».

Наверное, размышлял.

Такие вещи, пожалуй, малость проясняют, отчего нас в здешних краях опасаются.

Могаба грамоте не разумел. Если ему еще не ясно, что темная сторона наров более не является тайной, я могу написать об этом в Анналах, с тем, чтобы предупредить Госпожу или Старика.

– Они все собрались там, – сказал дядюшка, – поэтому можно пройти коротким путем.

– Что там за шум? – спросил я.

Дядюшка Дой снова прижал палец к губам. Мы зашагали вперед.

И обнаружили нескольких таглиосских солдат, закладывавших кирпичом проход, которым мы могли бы выйти. Зачем им это понадобилось? Снаружи этих дверей не взломать… Заклятия Грозотени до сих пор действовали.

Дернув меня за руку, дядюшка направился в другую сторону. Очевидно, он прекрасно знал цитадель. Мне нетрудно было представить его постоянно шляющимся здесь – так, интереса ради. Похоже, он как раз такой породы.

66

– Что с тобой? Кто съел твоего любимого щенка? – спросил Гоблин, увидев меня.

Подобные шутки, после того как в городе не осталось собак, были у всех на слуху. Теперь мясо можно было добыть лишь из двух источников. Нары пользовались обоими. Мы же ограничивались воронами из тех, что поглупее."

"Я поведал Гоблину с Одноглазым, что видел. Дядюшка Дой стоял поодаль, слегка раздосадованный тем, что до визита к Глашатаю я пожелал встретиться со своими. Не успел я рассказать и половины, Одноглазый перебил:

– Мурген, это надо рассказать всему Отряду.

И – в кои-то веки – он был серьезен, словно с копьем в брюхе.

И – в кои-то веки – Гоблин согласился с Одноглазым без стонов и пререканий:

– Рассказать нужно в точности так, как люди, по-твоему, должны это понимать. Разговоров возникнет – уйма. Тебе не понравится, ежели кто-нибудь раздует это дело еще хуже, чем оно есть.

– Тогда собирайте всех. А я, пока жду, еще раз просмотрю книги джайкури. Возможно, надо будет рассказать и еще кое-что.

– Могу ли я присоединиться к тебе? – спросил дядюшка Дой.

– Нет.