Закон трех отрицаний

– Тебе нельзя, – Зарубин хитро подмигнул. – А мне можно.

– Почему это тебе можно?

– Потому что я маленький. Маленький и некрасивый. Меня женщины всерьез не воспринимают, стойку на меня не делают, расслабляются и допускают всеразличные ошибки. Я для них не комиссар Мегрэ, а смешное недоразумение. А я нахально этим пользуюсь. Чем красивее женщина и чем выше она ростом, тем больше у меня шансов выведать у нее то, что она хочет скрыть. Понял, начальник?"

"– Иди уж, недоразумение, – рассмеялся Коротков.

* * *Приглашать Аниту Станиславовну Волкову на Петровку Сергей Зарубин счел нецелесообразным. Когда человека подозреваешь, это означает, что тебе что-то в нем непонятно. Или в его характере, или в его жизни. То есть ты думаешь, что он способен на какие-то побуждения и поступки, но до конца в этом не уверен. Какой же смысл вызывать его к себе, когда можно прийти к нему домой и получить дополнительную информацию о его вкусах, привычках и образе жизни?

Волкова жила в центре, рядом со станцией «Новокузнецкая», в Старомонетном переулке. Едва перешагнув порог ее квартиры, Сергей почувствовал, что оказался в каком-то другом мире. Или в другой стране. Или вообще на другой планете. Планировка квартиры была самой обычной: прихожая, две комнаты, коридор, кухня, ванная, туалет. Ничего особенного. Но вот дизайн поразил его до глубины души.

Серебро и черный цвет – вот что было лейтмотивом дизайна. Не холодный «металлик» и стекло, как принято в современных стилевых направлениях, а именно светящееся из глубины нежно-прохладное серебро. И не траурный черный, и даже не изысканно-сексуальный (в каком-то журнале Зарубин прочитал о черном постельном белье для любовных утех), а интеллигентный и теплый, словно смягчающий прохладу серебра. Вот примерно такие ощущения появились у оперативника, пока он обводил глазами шторы, ковровые покрытия и мягкую мебель в комнате, куда его проводила Анита Станиславовна.

– Что вам предложить? – спросила она. – Чай, кофе, воду, сок?

– Чай, – тут же ответил Сергей.

– У меня только зеленый, черный чай я не пью и не покупаю.

– Пусть будет зеленый, – согласился Зарубин.

– Вы сами выберете или мне заварить на свой вкус?

– А из чего выбирать?

Волкова стала перечислять сорта зеленого чая, названия ни о чем Сергею не говорили, зеленый чай он пил, наверное, два раза в жизни и ничего в нем не понимал.

– На ваш вкус, Анита Станиславовна. Я не знаток, знаете ли.

Она слегка улыбнулась и ушла на кухню, оставив Зарубина в одиночестве. Он был уверен, что чай она принесет на серебряном подносе и в серебряной посуде с черным ободком.

Покрытые серебристыми обоями стены были плотно увешаны репродукциями, фотографиями и маленькими картинками в аккуратных рамочках.