Закон трех отрицаний

А если вдруг придется кормить-угощать, то чем? Господи, ну за что ей вся эта головная боль? Она собиралась так славно провести день в тишине, покое и размышлениях, подумать, погулять, полежать, потом пообщаться с новым знакомым, который скрасит ей тревожное напряжение вечера, проведенного в одиноко стоящем загородном доме. А что получила вместо этого? Разбитый день. Нарушенные планы. Какого-то врача, к которому ехать совершенно не хочется, а главное – не нужно. Нога поправляется, ходит Настя с каждым днем все легче и дольше, и все идет как надо. Мама всегда была уверена, что лучше знает, что именно и когда именно нужно ее дочери. Она хочет помочь Насте, она сделала это из любви к ней, а в результате доставила ненужные хлопоты. И еще сто пятьдесят долларов за консультацию придется выложить. Матушке, разумеется, и в голову не пришло поинтересоваться, есть ли у Насти при себе такие деньги. Они, конечно, были, Лешка оставил ей на всякий случай, мало ли что, а вовсе не для того, чтобы она их тратила на то, в чем абсолютно не нуждается. Ну почему так нелепо получается?

И еще Настя злилась сама на себя из-за того, что испытывает раздражение на мать. В общем, вместо положительных эмоций – сплошной негатив.

В начале второго она начала готовиться. Вытащила из большой дорожной сумки джинсы, критически оглядела их и решила, что гладить, пожалуй, не нужно. Все эти дни она так и ходила в спортивном костюме, в который влезла еще в госпитале, и джинсы показались ей какими-то чужими и непривычными. В той же сумке лежали два «приличных» свитера, Настя никак не могла решить, какой именно надеть, и от этого сердилась и раздражалась еще больше. Один черный, короткий и теплый, другой – белый, длинный и тонкий. Наверное, все-таки теплый, чай, не лето на дворе, осень кончается.

Тяжело вздохнув, она сняла спортивные брюки и стала натягивать джинсы. И обомлела.

Между пуговицей и петлей на поясе появилось расстояние сантиметров в пять, которое не сокращалось. Настя решила в первый момент, что за полтора месяца потеряла квалификацию в многотрудном деле надевания джинсов, и потянула сильнее. Расстояние стало чуть меньше, но не настолько, чтобы штаны можно было застегнуть. И замок на «молнии» дошел только до середины своего скорбного пути, после чего намертво остановился. И не потому, что сломался, нет, он был целехонек.

Вот они, пушистые булочки с маслом и джемом, килограммы шоколадных конфет, многочасовое лежание на диване и крепкий здоровый сон. А еще многодневное пребывание на больничной койке при минимуме движений и постоянном погрызании чего-нибудь вкусненького. Коварные спортивные брюки на резинке все это время хранили молчание, ничем не намекнув своей хозяйке на катастрофическое разрастание объемов талии и бедер.