Игра в отрезанный палец

Договорились на полдень перед тем же «Аэрофлотом», на Елисейских полях.

Теперь вечер был свободен, точнее — освобожден для Пьера.

Дождавшись вечера, Ник пристроился на старом месте возле того же марокканца — торговца жареными каштанами. Марокканец, казалось, уже принимал и Ника за дерево, совсем не обращая на него внимания. Но чуть позже, когда Ник всматривался в лица выходивших из представительства сотрудников, он вдруг спросил Ника, откуда он.

— Я — русский, — ответил ему Ник, не отвлекаясь от своего занятия.

— Возьми! — сказал марокканец, протягивая ему бумажный кулечек с горячими каштанами.

Ник принял неожиданный подарок. Поблагодарил и стал забрасывать их по одному в рот. Нельзя сказать, что жареные Каштаны ему понравились. Скорее, показались совершенно безвкусными. Но он их старательно прожевывал, наблюдая за представительством «Аэрофлота». За витринами представительства потух яркий свет и остался более тусклый, дежурный. Последним опять выходил Пьер. Он был так же одет и буквально теми же движениями закрыл входную дверь и направился в сторону Триумфальной арки.

Ник опять пошел следом. В какой-то момент Ник оказался слишком близко, сразу за спиной Пьера. Пьер резко остановился и нагнулся к ботинку. Ник едва увернул в сторону, прошел мимо. Спустился по ступенькам в переход на станцию метро «Георг Пятый». Там остановился. Он ждал, искоса посматривая на спускавшихся людей. Наконец, заметил Пьера. Пропустил его вперед."

"В этот вечер Пьер по дороге зашел только в супермаркет, находившийся невдалеке от китайского ресторанчика. Купил там спагетти, бутылку белого вина и скромный букетик нарциссов. После этого пошел прямиком домой. Возле своего дома остановился. Ник, притворившись прохожим, прошел мимо и щел еще долго, ощущая на спине взгляд Пьера. Когда он наконец решил оглянуться — улица была пуста.

Что делать дальше — он не знал. Судя по покупкам Пьера — тот ждал в гости женщину или сам собирался идти в гости.

Пройдя мимо. Ник глянул на окна его дома. И тут же отвернул голову, заметив в освещенном окне второго этажа силуэт хозяина.

Настроение испортилось. Ник был почти уверен, что засветился. Теперь надо было собраться с мыслями и думать: как быть дальше. Остался позади китайский ресторанчик, возле которого притормозил старый «фольксваген-жук». Навстречу стали попадаться редкие прохожие, но по мере приближения Ника к станции метро прохожих становилось все больше, а у самой станции на центральной улочке этого микрорайона жизнь просто бурлила. Горел огнями «Макдональдс», напротив горел другими огнями молодежный клуб-дискотека.

Из припаркованного у бровки автовагончика симпатичный усатый турок продавал кебабы.