Игра в отрезанный палец

Звонил долго, пока Ник не поднялся, шатаясь, и не снял трубку.

— Напарник не приезжал? — спросил голос невидимого телефонного инструктора.

— Нет, — хрипло ответил Ник. — Когда я уезжаю?

— Подождите пока. Вы не можете уехать, оставив здесь напарника… Надо его дождаться…

— Да он не вернется, — с непонятно откуда взявшейся уверенностью сказал Ник.

— Вернется, — не согласился с ним собеседник. — Ему больше некуда возвращаться. А когда вернется — бросите ему две таблетки в чай или пиво…

Тогда уже и вещи будете собирать…

Ник молчал. До него дошло не впрямую поставленное условие его отъезда.

Значит, надо сначала убить Сахно, и только потом ему помогут вернуться!

— Что вы молчите? Вы все слышали?

— Да, — сказал Ник.

— Я вам в почтовый ящик сегодня свежую газету занес. Почитайте, тогда, может, поймете, в чем дело! Еще раз напоминаю: когда он вернется — подбросите ему две таблетки, а когда заснет — позвоните мне по 48-04, и мы сразу вас забираем. Все!

Голос телефонного инструктора этим утром показался Нику особенно неприятным и сухим.

Взгляд Ника упал на пустое блюдце, стоявшее на полу. Он уже три дня ничего не наливал туда, а значит, и черепаха ничего не пила.

В холодильнике молока не было и Ник наполнил блюдце водой из-под крана.

* * *В голове все еще гудело и во рту было сухо. Эта сухость заставила Ника остро почувствовать свою вину перед черепахой, оставленной без воды на трое суток. Сам он тоже налил стакан воды из-под крана и выпил одним глотком.

За окном светило вялое осеннее солнце.

— Саратов, Саратов… — прошептал Ник, глядя в окно, за которым лежал чужой, безразличный ему мир.

Перед домом проехала машина, и Ник подскочил к окну, тут же почувствовав, как его резкое движение отозвалось болью в голове.

За дом напротив сворачивал красный «фольксваген гольф».

Вздохнув с облегчением, Ник присел на свой матрас. Он больше не хотел видеть Сахно, не хотел, чтобы тот возвращался. Не хотел его убивать.

«Им все равно придется отправить меня назад, — думал он. — Ведь Сахно не вернется, наверняка не вернется…»

Захотелось есть, но холодильник был пуст — только три жестянки пива. В кармане оставалось двести марок."

"Ник сходил в магазин, купил две консервные банки фасолевого супа, хлеб, колбасу. На обратном пути вспомнил о газете, оставленной для него в почтовом ящике.

Уже дома развернул ее, просмотрел и тут же наткнулся взглядом на заголовок «Война мафии на улицах Кобленца».

«Вчера вечером на набережной недалеко от памятника Бисмарку был убит Ференц Пергеди — венгр, контролировавший поставку молодых женщин из Восточной Европы в подпольные публичные дома земли Северный Рейн-Вестфалия.