Не отрекаются, любя...

И уверенно набрала номер.

Глава 20. Марк

Марк посмотрел на звонок от незнакомого абонента.

— Реверт, — поднёс к уху трубку и, выслушав, выдохнул с возмущением. — И что, никак это нельзя решить без меня? Да в конце концов, Виктор Михайлович! Вы директор завода, а не я. Это у вас забастовка. Вы и разберитесь… Ну вызовите полицию, ОМОН, спасателей. Чем вам могу помочь лично я?.. Нет, сейчас я точно занят, — отключился Марк и вышел из машины, хлопнув дверью. — Останься пока здесь, — приказал он Мамаю, что вышел вслед за ним. — Я сам.

Они сидели в машине минут двадцать и смотрели за Ванькой, что возился в песочнице, но потом у Марка сдали нервы. Ещё до звонка. Все дети играли вместе: девочки, мальчики, пупсы, машинки. А его малыш сидел один и сам с собой возил какую-то игрушку.

— Привет, — сел на край песочницы Марк, чувствуя, как болит в груди. И сердце обливается кровью. Он видел, как в окне кухни переполошилась Верина мама, но идти именно туда, к подъезду он и велел стоящему у машины Мамаю.

— Пливет, — поздоровался мальчишка и покатил в сторону Марка гоночный мотоцикл. Блестящий, хромированный, с чёрным сиденьем. Уже чуточку облезший, но явно потому, что любимый.

— Это что у тебя? Ямаха?

— Фто? — поднял на Марка его зелёные глаза пацан.

— Ну, модель такая, — мучился Марк, как же попроще объяснить ребёнку, — Ямаха. Есть Хонда. Есть Сузуки, Кавасаки, Дукати. Мотоциклы разные компании выпускают.

Марк был уверен: малыш не понял ни слова.

— Я не фнаю, — пожал он плечами. — У меня плосто мотоцикл.

— Классный, — одобрил Марк. — А ты почему с другими детьми не играешь?

— Они меня не знают, — самозабвенно возил он колёсами по засыпанным песком доскам.

— Он тут не живёт, — бросив игру, подошёл к ним мальчик возраста Ваньки, а может, постарше, просто был росточком мелковат, но очень активный. — Они сюда к бабушке переехали. Их отец выгнал, потому что мать его нагуляла, — ткнул он пальцем в Ваньку.

Ванька удивлённо хлопал глазами, глядя на пацана. А тот, видя к себе такое внимание, и рад был стараться."

"— Он отцу не родной. А тот другой, что родной, плевать на него хотел.

Марк покачал головой и едва сдержался не отвесить пиздюку люлей для профилактики, чтобы не повторял за тупыми взрослыми глупые сплетни.

— Это кто же тебе такую хр… ерунду сказал? — усмехнулся Марк.

— Тут все это знают, — вытер нос кулаком в доску свой местный пацан.

— Как это другой? — растерялся Ванька.

У подъезда Мамай спорил с Вериной мамой. Но он бы был не Мамай, если бы не уговорил. Она перестала махать руками как испуганная квочка и теперь просто сверлила Марка глазами.

Простите Ирина Николаевна, мысленно ответил ей Марк, но нравится вам или нет, а ребёнок мой.

— Так и другой, — пояснил пацан и повернулся к Марку, видимо, решив, что тот на его стороне.