Погружение в отражение

А что дальше? Чертов гад из горкома, зачем только поставил перед искушением?

* * *Комсорг пятого цеха, исполняющий обязанности Еремеева и вызванный повесткой в суд, на заседание не явился. Как честный гражданин он доложил по телефону о том, что заболел, и имеет на руках больничный лист, но Вера Ивановна, зная, как легко достать этот вожделенный документ, не только скептически отнеслась к его словам, но даже насторожилась. Почему комсорг уклоняется от дачи показаний? Секретность? Безусловно, это серьезнейшая проблема, но пока на процессе не поднимается никаких тем, хотя бы отдаленно касающихся гостайны."

"На предприятии есть целый секретный отдел, есть сотрудники КГБ, отвечающие за то, чтобы во вражеский стан не просочилось никакой лишней информации, и никто не мешал комсоргу посоветоваться с ними, прежде чем идти в суд. Если бы они сочли, что допрос комсорга противоречит государственным интересам, то довели бы это до сведения суда, и суд утерся бы.

Зачем понадобилось скрываться за липовым больничным? Ведь комсорга ни в чем не подозревали, просто просили дать характеристику личности подсудимого. Что тут может быть опасного? Вот что?

Вера Ивановна не могла понять логики комсорга, но чувствовала, что над его неявкой стоит поразмыслить. Нет, бывают, конечно, совпадения, только что-то их многовато в этом деле.

Она с уважением поглядывала на Валентина Васильевича, сидящего рядом с судьей. Вроде бы обычный старый гриб, какие в изобилии произрастают возле пивных ларьков и дворовых столиков с домино, а зацепился за такие тонкости.

Сама Вера Ивановна в жизни бы не заметила некоей нарочитости показаний будущего фельдшера, но когда на нее указали другие люди, стало уже не отмахнуться.

Как с математикой в школе: сложные задачки давались Вере с трудом, она часами высиживала решение, а потом подходил папа, в две секунды давал ответ, и сразу становилось ясно, что все лежало на поверхности. «И как только я сама не додумалась!»

Вот такое «как сама не додумалась!» и осталось у нее после беседы с Валентином Васильевичем. Обидно немножко, что простой шофер со «Скорой» оказался проницательнее опытного адвоката, но с другой стороны, она никогда особенно звезд с неба не хватала, нечего и начинать.

Важно то, что она больше не убеждена в виновности своего подзащитного, а как доказать или опровергнуть, пока непонятно.

Комсорг заболел, судебно-медицинский эксперт находился на научной конференции в Москве, и судья перенесла заседание на понедельник.

Еремеева отправили обратно в СИЗО, и Вера Ивановна, немного поколебавшись, поехала за ним, чтобы поговорить спокойно и обстоятельно, если повезет с допросной.

В этот раз пришлось ждать так долго, что Вера Ивановна сто раз успела пожалеть о своем решении.