Отражение

Мы снова наедине в том самом доме. И этот человек способен на что угодно.

– Мила знает, куда я поехала, – зачем-то сказала, нервно кусая губы и едва ворочая ногами. Входная дверь захлопнулась, и я вздрогнула, снова обхватывая себя руками. Макс встал перед дверью, отметая сразу все пути к бегству. От страха я не сразу заметила, что дом находится в явном запустении. Повсюду пыль, на дорогих полах песок и разводы грязи. Так не похоже на чистюлю Эванса. Я посмотрела в непроницаемое лицо и снова застыла. Дар речи покинул меня, как и все до единой здравые мысли. Картины пережитого здесь ужаса мелькали в памяти, сменяя друг друга, как в калейдоскопе.

– Я не трону тебя, – тихо произнес он, медленно надвигаясь на меня. Я задержала дыхание, но неожиданно горько улыбнувшись, Макс прошел мимо, обдав волной знакомого аромата. Я вдруг поймала себя на мысли, что хочу прижаться к нему, спрятать лицо на его груди и расплакаться надрывно, в голос. Так, как даже в детстве не плакала. Вот такая дура.

Макс встал возле камина, щелкнув выключателем.

– Холодно, – пояснил он.

Мог бы не говорить. Меня уже давно колотило и от холода, и от нервного напряжения. Не знаю, процент которого чувства был выше, но вид пламени, хоть и искусственного, немного меня успокоил. Макс продолжала смотреть на меня, не моргая, как удав, гипнотизируя потенциальную жертву. Одна рука в кармане стильных темно-синих брюк, другая – небрежно лежит на столешнице над камином. Идеальная лепка лица, подтянутая спортивная фигура, современный деловой стиль. Прям кадр из модного журнала. Хозяин жизни, мать его. Давай, Лика, злись. Не будь размазней!

– Говори, – приказал он, показательно взглянув на дорогие часы на запястье.

– А тебе нечего сказать? – спросила я, оторопев от подобной грубости и наглости.

– Тебе стает легче, если я извинюсь? Встану на колени или вскрою вены? – от иронии в его голосе хотелось выть.

– Нет, – возмутилась я.

– Тогда не вижу смысла в продолжении. Если, конечно, ты пришла за извинениями.

– То есть для тебя твой поступок является совершенно нормальным? – повышая тон, спросила я. Макс отвел взгляд, снова каменея.

– Нет. Я перегнул палку. Мне жаль. Тебя устроит такой ответ?

– Нет!"

"– Что ты хочешь? Тебя не устраивает банальное извини, не устраивает, если я встану на колени и вскрою вены. Я кто угодно в твоих глазах, но мы оба знаем, что дураком назвать меня сложно. Я прекрасно понимаю, что любые слова и поступки не изменят того, что уже произошло. Чтобы я не сделал, ты решение приняла. И все же ты здесь. Хочешь, чтобы я отговорил тебя?

– Ты ведешь себя так, словно мы не женаты. Словно тебе все равно, – пискнула я. Слезы обиды накатили на глаза. Глупая затея приехать сюда. Пошел он к черту.