Отпустить или влюбить?

Сам не понимаю почему, но в душе такое чувство, словно меня только что развели, как сопливого пацана.

Бросаю взгляд на Дашеньку.

Нет уж, ждать я точно не буду!

– Дашенька, София Егоровна попросила дать мне её расписание, чтобы я мог согласовать его со своим графиком, – нагло вру.

– Но… – Дашенька хлопает ресничками, отъезжает от меня на своём кресле, пока не упирается в стену. – Конфиденциальность…

– Мне не нужны имена, – успокаиваю помощницу, нутром ощущая, что она может мне ещё пригодиться, поэтому девушку надо задобрить и расположить к себе. – Мне нужно только время. – Улыбаюсь самой искренней улыбкой.

– Хорошо. Я пришлю вам, – лепечет Даша.

– Премного благодарен, – изливаю мёд, что самому становится приторно.

«Ну, подожди у меня, София, свет, Егоровна!»

Но ждать приходится мне. Ждать и рычать от выходок этой самоуверенной нахалки. В любой другой ситуации (хотя со мной такое впервые!) уже давно бы бросил это бесполезное занятие, но я ничего не мог с собой поделать: к ней тянуло как магнитом. Приворожила что ли? Хотя из её рук я ничего не пил, но был готов сожрать даже яд, если его даст мне она.

Когда бы я ни набрал номер, выученный уже наизусть, автоответчик неизменно просил оставить сообщение. Так и подмывало сказать всё, что я думаю о женщине, которая сначала сама ввалилась в мой номер, а теперь никак не решится на встречу. Слабачка!"

"Хотя нерешительной назвать её я бы не смог. Уж кто-то, но точно не София. Умная – да, сообразительная – тоже, но точно не нерешительная. Иногда мне казалось, что она специально хочет довести меня до белого каления, и у неё это, хочу заметить, прекрасно получается.

Что ж, дорогая моя, не хочешь по-хорошему, пойдём другим путём.

Прихожу в её офис раньше времени. Дашенька, чтоб её, опаздывает. Попросил всего-то прийти на полчаса раньше своей начальницы, но, как оказалось, София приходит за час до начала рабочего дня. Я бы не назвал её трудоголиком, хотя за работой она проводит очень много времени, практически ничего не оставляя на отдых. Я сам таким был, когда только начинал, с головой погружаясь в работу.

– Извините, Дмитрий Климентьевич, – Дашенька мчится по коридору. – Я никак не могла уехать!

Гляжу на часы: двадцать минут до прихода Софии. Звоню рабочим и прошу их пошевелиться.

– А София Егоровна точно не будет ругаться? – волнуется Дашенька.

«Будет. Ещё как будет!»

– Не волнуйся. Её я возьму на себя, – уверяю Дашеньку.

Помощница Софии тяжело вздыхает, но следит за каждым рабочим.

Пять минут.

– Вот этот поставьте сюда, и живо исчезните! – отдаю последний приказ.

– Ой! – пикает Даша. – Это мне?!

– Тебе, – улыбаюсь.

– Правда? – её личико светится детской радостью.

– Конечно, правда. Красивой девушке – красивые цветы.