Отпусти меня 2 (СИ)

Снова и снова убиваешь! — хрипло вопит Марина, дергаясь.

— Если человек хочет умереть, я не в праве его останавливать. Я устал это делать, — говорю я ей. Вынимаю шприц. — Лиза, скорую! — хрипло кричу, но Марина уже оседает в моих руках, не сопротивляясь.

Поднимаю ее на руки, опускаю на диван. Слышу, как Елизавета говорит с оператором, прося приехать быстрее, пытаясь объяснить, насколько все плохо. Марина улыбается, ее дыхание становится все реже и реже, но она даже не пытается заглотнуть недостающий кислород. Расстегиваю ей платье, практически разрывая верх, пытаясь хоть что-то сделать, она пытается что-то сказать, но лишь шевелит губами, закрывает глаза и теряет сознание.

Можно было сделать искусственное дыхание, массаж сердца, в конце концов, хоть что-то, чтобы попытаться спасти человеку жизнь. Но я поднимаю глаза на девочку и вижу, как она оседает, скатываясь по стене на пол. Выпрямляюсь, осматриваю Марину – еще дышит, но слабо, несколько вдохов в минуту, прощупываю пульс. Он есть, но очень слабый и редкий. Оставляю ее судьбу богу, я устал бороться и эгоистично не могу ей простить покушение на мою жену и, как оказалось, на ребёнка. Реанимация сейчас нужна Лизе. И я делаю выбор в ее пользу.

Она плачет без остановки. И цепляется за меня, словно я способен исчезнуть. Это шок, стресс, который Лиза должна выплеснуть. Мы сидим в машине, во дворе. Когда скорая увезла Марину, она была еще жива… Мирон в экстренном порядке снимает все записи с видеокамер, потому что нас всех по-любому привлекут к ответственности.

Лиза не желает возвращаться в квартиру, и я, в принципе, тоже. В моем доме почти закончен ремонт, но туда я тоже не повезу свою беременную жену.

Девочка у меня на коленях, всхлипывает в мою шею и сжимает в ладошках мою рубашку. Меня тоже до сих пор потряхивает. Как только представлю, что моей жене и ребёнку могли нанести вред или убить, кидает в холодный пот.

Глажу Лизу по волосам. Дышу ее запахом и благодарю бога – или кто там наверху – за то, что в данный момент моя девочка рядом.

— Почему ты не сообщила мне о беременности? — пытаюсь отвлечь нас на позитивные новости. Если отмести весь ужас, который с нами произошёл, то я безумно рад, что стану отцом, и мать моего ребёнка именно эта девочка. Дорогая мне девочка. Очень дорогая, настолько, что если бы история обернулась иначе, я бы вколол в себя любую дрянь, чтобы спасти Елизавету. Благородство? Нет. Скорее, спасение жизни еще молодой девочки и собственного ребёнка.

— Я хотела убедиться точно. Положительные тесты – еще не гарантия. Сегодня доктор подтвердил… — всхлипывает мне в шею и жмётся ко мне, как замерзший котёнок. Мне уже легче дышится. Именно сегодня я понял, как она мне необходима.

— Спасибо, — обхватываю Лизу за подбородок, целую опухшие соленые губы.