Отпусти - это всего лишь слово (СИ)

И Сан притянул мою ладонь к губам и поцеловал пальцы. 

- С днём рождения, сердце моё. Люблю тебя. 

Мы переплелись пальцами, сжали в замок.

   Я смотрел на свою руку, на которой золотистым отблеском отсвечивал маленький кружок метала. Хотелось зажечь свет, рассмотреть его, а ещё хотелось начать целовать Сашку, что я собственно и сделал захлёбываясь бурей сопливых эмоций.

   Мы целовались сидя на крыше, посреди ночного города окружённые россыпью фонарей и светом начинающих просыпаться звёзд.

   Сначала нежно, трепетно, сдерживая нетерпение, а потом жадно, исследуя друг друга пальцами, ладонями. Сашка стянул с меня куртку, с себя плащ, бросая вниз и опрокидываясь на одежду спиной, утягивая меня на себя, расстёгивая ремень

- Ники, прости, не хочу, чтобы наша первая ночь была здесь и вот так, но я тебя так долго ждал. Ты...

- Молчи! - Я закрыл его рот губами, словно ища приюта. - Именно здесь и именно так, Саша. Это место важно для меня.

- Не обидишься? - шепнул Санька сминая мою задницу

- На что? - я уже вытаскивал его блейзер из ремня, расстёгивал ширинку штанов. 

- Ник, ждать не могу, - простонал Сашка, и поднявшись накинулся на меня стремительным ураганом.

В эту ночь, мы любили друг друга, на майской ледяной крыше, согреваясь теплом наших пылающих тел и вином.

Мы не трахались.... Мы...мы ... ЛЮБИЛИ

   На самом деле, эти слова просто стали формальностью, но эта формальность была важна для Сашки. Услышать три самых главных на земле слова, получить признание, которого он так долго ждал.

Очевидность для меня, неочевидность для него. И он оказался прав. Для того, что бы почувствовать разницу, стоило подождать, момента, когда я смог сказать это не только для него, но в первую очередь для себя и получить удовольствие, произнося:

По настоящему. Без страха. Готовый отвечать, нести ответственность, разделить её с другим человеком. Ответственность и жизнь. И всё что у меня есть, я готов был отдать ему. Моему единственному. САШКЕ!

- Я люблю тебя, Саня, я тебя люблю, люблю, люблю.

   Я повторял раз за разом, пробуя на вкус, проталкивая языком в Сашкин рот; облизывал как конфету, получая удовольствие от возможности говорить это вот так легко, свободно, по - настоящему. 

Признание жило в глубине моего сердца и ждало своего часа, и вот вырвалось на свободу и не хотело больше исчезать, забираться назад. 

Рвалось из горла, всхлипами, стонами, спятившей лавиной тончайших, горячих прикосновений. Кипело в крови разбуженной музыкой: неровной, испуганной, неуверенно - срывающейся. Мы раздеваемся, раздеваем друг друга и наши рваные движения рождают Джаз. Чистейший джаз, в элементах струнной лирики, когда партия саксофона только начинает звучать, но срывается и испуганно замолкает, а в ход вступают ударные.