Не отпускаю

— Полина, — глубоко вдыхая, произносит Виталий, разворачиваясь ко мне. — Завтра я улетаю со своей дочерью на острова. Давно обещал ей совместный отдых. Меня не будет десять дней, и я надеюсь на общение с тобой по телефону. Можно я буду звонить тебе хотя бы по вечерам?

— Ммм, — тяну я, не зная, что сказать. — Зачем?

— Просто так, узнать, как ты провела день, услышать твой приятный голос.

— Виталий, незачем это все. Ты приятный мужчина, но…

— Не надо продолжать, — говорит он, и тянется ко мне, прикладывая палец к моим губам, а я застываю от неожиданности. — Я все понимаю, ещё не время. И готов ждать такую женщину как ты, сколько угодно. — Он берет меня за руку и вновь целует ладонь. Я закрываю глаза, потому что совершенно не понимаю, как на это все реагировать. Я так не могу. Он все же принял наш ужин за нечто большее. Подбираю слова, чтобы все это немедленно остановить, и как-то мягко донести это до Виталия. Видимо он принимает мои закрытые глаза как-то иначе, и я чувствую легкое прикосновение к своим губам. Сначала я испытываю желание оттолкнуть его, упираясь руками в грудь, но потом в моей голове совсем некстати возникает образ мужа с Валерией. Я не видела их вместе, но у меня оказалась настолько богатая фантазия, что я только по звукам из телефона дорисовываю себе полную картину сама. И этот чертов протяжный стон «Вадииим» стоит у меня в ушах. Он мог быть с другими! Виталий немного медлит, но когда я его не отталкиваю, а просто стискиваю пиджак в руках, скорее от злости на Вадима, он принимает это как призыв к действию. Ласкает мои губы языком, всасывает, вынуждая приоткрыть рот, обхватывает мою шею и тянет на себя…."

"Все не то! Руки не те, голос не тот, запах слишком резкий, губы не такие. И тут же себя жестко обрываю. А твое «то» трахает сейчас другую, и она для него сейчас та самая! Он делал это всегда и даже не задумывался, какого сейчас мне. Обида зашкаливает, но это тоже не выход. Я даже ответить на поцелуй не могу из жажды мести. Мне же самой от себя противно будет. Не могу я вот так как он. Для меня сих пор не существует никаких мужчин кроме Вадима. Только я хочу оттолкнуть Виталия от себя, разжимаю руки, которыми до сих пор стискиваю ткань его пиджака, как со стороны Виталия, слышится грохот, будто кто-то кинул камень в стекло. Он резко отрывается от меня, оборачивается, и я понимаю, что это не камень. Это Вадим ударил со всей силы в стекло автомобиля, так, что по нему пошли трещины. Не успеваю среагировать, как Виталий резко открывает дверь и выходит на улицу. Дергаю ручку двери, выхожу из машины, чувствую, что голова уже кружится не от опьянения, а от страха. Боже! Он что все видел? И я тоже хороша, сидела и позволяла себя целовать, когда не хотела всего этого.