Никогда не отпущу. Месть изменщику

Прокручивая в голове свою семейную жизнь, она не могла понять, чего же ей не хватало, раз Мэтт начал изменять ей с самых первых дней брака?

Его оттолкнуло её нежелание совершать супружеский долг? Или этот самый долг не принёс ему того удовольствия, что дарила ему леди Марта и другие женщины, подобные ей?

Зачем Мэтт вообще женился на ней?! Любил ли он её когда-нибудь, или все его слова - обман, который она не смогла различить, очарованная иллюзией их счастья? Неужели от неё ему нужно было только её приданное, которое он смог тратить направо и налево?

Количество вопросов всё росло, но Оливия не собиралась получать ответы. Её главной целью было отомстить Мэтью и заставить его испытать ту же боль, что испытывает она. Разговаривать с ним о мотивах его поведения и его пассиях у неё не было никакого желания!

Слёзы полились рекой и шли до тех пор, пока сил плакать у неё просто не осталось. Но Ливи была не намерена показывать Мэтью свою уязвимость!

Взяв себя в руки, она встала с постели и отправилась в гардеробную, чтобы найти подходящий наряд для ужина.

Долго выбирая среди всевозможных фасонов и тканей, она остановила свой выбор на платье из тёмно-синего бархата. Его длинные рукава и квадратный вырез делали его достаточно скромным, но Оливия прекрасно знала, как оно будет выглядеть на её теле.

Раненое самолюбие диктовало ей дразнить Мэтью и в тоже время держаться отстранённо.

Входя в столовую, она уже знала, что муж находится там, ведь он сам попросил лакея передать ей, что ждёт её к ужину.

Гордо подняв голову и запретив себе попадать под обаяние неверного супруга, Ливи спокойно пересекла комнату и заняла место подальше от Мэтта.

Стол был уставлен первой сменой блюд, и, не долго думая, Оливия стала наполнять свою тарелку всевозможными закусками, хотя сомневалась, что сможет съесть хотя бы крошку под внимательным взором некогда любимых ореховых глаз.

Мэтью выглядел измучено. Его раны и ссадины успели немного зажить, но лицо ещё больше осунулось, а каштановые волосы стали длинней, чем того требовала мода.

Ливи ковыряла в тарелке кусочек голубиного пирога, с трудом сдерживая охватившее её негодование. Мэтью молчал! Глупо поглядывал в её сторону целый час, так не проронив и слова. Ему стыдно? Или он настолько потерял совесть, ожидая, что она будет общаться с ним как прежде?

Она тоже ничего не говорила, стараясь выглядеть сдержанно и безразлично, запихивая в себя казавшуюся бескусной пищу. Мэтт больше всего был похож на побитого пса, и ей даже нравился этот вид. Было бы гораздо хуже, если бы он выглядел довольным и спокойным.

- Мне сказали, что ты провела в постели всё это время, - вдруг услышала она его голос, когда уже была готова встать и покинуть столовую, - я надеюсь, с тобой всё хорошо.