Отомщу за развод

— Кристина Дмитриевна, вас беспокоит доставка цветов.

Сейчас посмотрим, насколько сильно он хочет затащить меня в постель.

— Заносите.

Сдерживаюсь, чтобы не присвистнуть. Это букет не из 101, а, наверно, 1001 розы. Широкий жест, но какая, на самом деле, безвкусица — что мне, в ванной хранить этот кустарник?

— И открытка лично в руки.

«Сегодня в 7 вечера в ресторане «Азалия»

Комкаю и выбрасываю записку в урну, как только закрываю за парнишкой дверь. Не ты тут диктуешь правила, дорогой. В семь-пятнадцать вечера и набираю хостес: «Здравствуйте, у меня с Кириллом Багровым назначена встреча в вашем местечке. Уже пришел и ждет меня? Передайте ему, пожалуйста, чтобы в следующий раз согласовывался с моим графиком — у бизнес-леди все рассчитано на неделю вперед».

Победоносно вешаю трубку. Я знаю, что он бесится от непунктуальных людей и расторгает сделки, если на них опаздывают даже на минуту. Апплодирую его выдержке — прождал целых пятнадцать и не потерял самообладания!

Бедная хостес — представляю, с каким лицом он выслушивал мое послание. А ведь раньше гонцов с плохими вестями вообще казнили! Надеюсь, в бедную даму стакан не полетит — водится за ним такая дурная привычка. *** (Четыре года назад)

— Да не реви ты, как будто это для тебя — большое открытие! Или ты не видела, какой бегемот смотрит на тебя из зеркала?!

Зря я надеялась на утешение. На сострадание. Этот дом кишит демонами, нарядившимися в человеческую кожу.

— Я думала, что главное в человеке — его душа…,- хлюпаю носом. Надо бы высморкаться, но я так и стою — жалкая, побитая собачка под дождем.

Луиза Артуровна кривится в гадкой ухмылке: «Чтобы захотеть разглядеть душу, надо сначала заинтересоваться телом», — видимо, ей не хватило унижений, которые она мне подарила: «Нет, милая, ты тоже — довольно интересный экспонат. Не часто можно увидеть слона в платье, расхаживающего по улицам»."

"Не помню, что было после этого, только какие-то обрывки. Припоминаю, как вломилась и заперлась изнутри в кладовой, отчаянно надкусывала конфеты и пирожные и истерически жевала, пытаясь успокоить себя и справиться с шоковым потрясением единственным привычным мне способом.

Так слуги и нашли меня утром — спящую на полу на обертках, с вымазанным ртом и шоколадом, прилипшим к волосам.

«Я так рада, доченька, наше единственное сокровище. Будь счастлива в новой семье, пусть дом ваш будет — полная чаша. Какая же ты у меня красивая и нежная невеста!», — ах, мама, мамочка, светлая ты моя душа, самая сердобольная и искренняя. Зачем же ты воспитала меня такой наивной и доверчивой? Почему убедила, что я заслуживаю любви и такого холёного богатого мужа, не уберегла меня от подвоха?

Глава 3

На следующее утро опять звонок и опять букет — еще больше предыдущего.