Свободные отношения

Так странно, раньше боялась, а теперь спокойно сажусь в машину. Фобия прошла. Я даже внимания не обратила, когда это случилось.

В офисе все как всегда. Кто-то носится, как угорелый с бумагами, кто-то сидит за компом усердно дубася по клавишам, кто-то завис над чертежами.

Я тоже занимаю привычное рабочее место, включаю свой компьютер и иду на поиски Ильи. Надо бы поздороваться с дорогим муженьком, который меня сегодня ночью кинул, высказать все претензии и потребовать компенсацию. С него ужин. В самом лучшем ресторане!

Вылавливаю его в коридоре. Он стоит с Александром Николаевичем, обсуждает рабочие моменты, не подозревая о том, что расправа близка.

Попался!

Иду к ним, звонко стуча каблучками.

Свёкр, расплывается в улыбке, когда видит меня, а Илья, наоборот, встречает хмуро. От чего сердце спотыкается.

— Варенька, отлично выглядишь, — целует меня в щеку Мартынов-старший.

— Спасибо, Александр Николаевич. Как ваши дела? Как тетя Оля?

— Замечательно. Ждем вас в следующие выходные в гости.

— Непременно приедем.

У Ильи звонит телефон, он извиняется и отходит на несколько шагов в сторону, чтобы не мешать нашему разговору.

— Ты помнишь, что сегодня благотворительный вечер? — продолжает его отец.

— Естественно помню.

У меня в кабинете уже подготовлен соответствующий вечерний наряд, и я договорилась с девушкой из соседнего отдела, что она придет, поможет уложить волосы.

— Умница ты моя, — одобрительно улыбается, а потом хмуро смотрит в сторону сына, — а этот болван все забыл. Вчера так к тебе торопился, что из пустой головы все вылетело.

Ко мне торопился? Вчера? Что-то неприятное в груди шевелится.

— Бывает, — выдаю аккуратно, пытаясь своего волнения не выдать.

— Конечно, бывает, — недовольно хмыкает дядя Саша, с шутливой строгостью отчитывая сына, — особенно у разгильдяев, которые раньше времени с работы уходят.

Раньше времени? Лично мне он написал совсем другое.

Щемит где-то за ребрами, и кончики пальцев ватными становятся.

По спине холодным склизким угрем страх скользит. Мне становится страшно. До такой степени, что рот горечью наполняется, и зубы сводит.

Я просто параноик. Мнительная истеричка. Наверняка, есть простое объяснение это странной ситуации.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Улыбка к лицу так прилипла, что щеки немеют.

Колени гудят, трясутся, так что еле получается стоять прямо. Все еще пытаюсь убедить себя в том, что все в порядке, что ничего страшного не произошло, а интуиция вопит в голос, что ни хрена не в порядке!

Набравшись сил, бросаю взгляд в сторону Ильи, надеясь, что он скажет что-то, что успокоит меня, позволит снова дышать спокойно.