Отмороженный 13.0

На «Тридцать седьмой» уже ночь началась, новички уже выли от усталости с непривычки, а я все никак не мог выключить режим «электровеника» и гонял по каменистым ущельям вокруг Медвежьгорска. В котором, как назло, исчезли все медведи.

Даже громадина медверог не вылазил из огромной пещеры, которую я нашел на второй час скитаний. Таблички с именем на ней не было, конечно, но верхний свод был весь испещрен следами, оставленными рогом. Внутри было темно, явно глубоко, и все время что-то утробно ворчало. Будто там насос-астматик в глубине, который периодически чем-то хрустит и чавкает.

Прикинув уже вблизи размеры пещеры и толщину борозд от рога, все-таки решил поискать его кого-нибудь. Помолился Мерзлоте, на уровне, как туристы и охотники дань уважения Хозяйке леса отдают, и вроде помогло. Уже через пятнадцать минут новых брожений за моей спиной что-то мягко спружинило, и меня накрыла черная тень.

Я обернулся, как тот парень в скафандре, сразу держа наготове пластинку с ошейником. Чувствовал легкую наэлектризованность, будто по пальцам пробегают искры. Держал высвобождение энергии на самых кончиках, как бы прогревая ошейник перед активацией. Но бросать сразу не стал — паучьих ножек в моем гаджете не было. Как и систем самонаведения. Только прошлый опыт с мелкими существами. Ха, с мелкими! Я усмехнулся, вспомнив, какой огромной мне показалась химера при первой встрече. И посмотрел на медведя, замершего после моего поворота.

Хвостатый.

Круглые ушки, костяные шипы и костяная коса вместо хвоста. На морде вместо красных полос, лишь пятнышко на переносице. С натяжкой, но можно было принять его за звездочку.

— Звездочка, привет! Давай дружить? — максимально мягким, насколько это было возможно через динамики Ориджа, голосом сказал я.

Медведь не среагировал, но, по крайней мере, не прыгнул. Только тихонько зарычал, наморщив морду. Скорее даже фыркнул, намекая, на чем он вертел такую дружбу. На хвосте, конечно — кончик задрался, на манер скорпионьего жала.

— Да, ладно тебе, — я развел руки в стороны, показывая, что в них нет оружия. Ошейник не в счет — он в неактивном состоянии даже на ошейник не был похож.

Я как-то недавно размышлял на тему Химы и рапторов, насколько этично так привязывать к себе монстров. Пришел к выводу, что все нормально. Не знаю, как именно действует ошейник, но он точно не подавляет их волю. Он как бы меняет вектор мышления. Даже не вектор, а всего лишь одну мысль — то, что я не враг. А дальше, что химера, что рапторы никто их ни к чему не принуждал. Если бы они не захотели помогать мне, то не стали бы.

По крайней мере, я так себе это представлял. И пример с Химой (с уже снятым ошейником) это подтверждал. Вот и сейчас будем пробовать нащупать эту одну мысль в голове медведя-скорпиона.