Отложенный эффект

- Зря ты так думаешь, дорогая, - генерал был спокоен и очень серьёзен. – Тебе придётся рассказать, что за деятельность ты развила по поводу карьеры нашего сына.

- Что ты имеешь в виду? – нахмурилась она.

- То, что всё тайное становится явным, рано или поздно. С кем ты разговаривала о возможном повышении для Жана?

- Почему ты решил, что я разговаривала? Мало ли, кто и о чём разговаривает, все постоянно разговаривают о том, кто подходит на должности заведующих кафедрами и деканов, и кто не подходит! Я считаю, что имею право обсудить текущие перестановки в Академии!

- Потому, что твоя болтовня едва не стоила жизни нашему сыну, - мрачно сказал генерал.

- Что? Что за ерунду ты говоришь?

- Эта, как ты говоришь, ерунда была принята Ла Валеттом за чистую монету. Он совершенно серьёзно воспринял твои слова о том, что Жан станет лучшим деканом, чем он. Может быть, и так, но при живом Ла Валетте это оказалось неосмотрительно. Благодари Марион, что Жан жив. Но Ла Валетт этого не забудет и не простит.

- С чего бы это? Да, я не скрываю своего мнения, что ему пора на покой. И не тебе закрывать мне рот, ясно!

Тут уже не стерпел Жан.

- Матушка, дела факультета некромантии не касаются вас никаким боком, понятно? – сказал он так ласково, что у Марион холодок по спине прошёл.

- Меня касаются твои дела, - надменно проговорила она.

- Далеко не все, - покачал он головой. – Мне жаль, если ты полагаешь меня неспособным решить их самостоятельно. И не понимаешь, что с твоих слов и кто-то другой может решить так же. А потом мне приходится отбиваться от странных людей, которые считают, что в Академии будет лучше без меня!

- Ты говоришь, Ла Валетту пора на покой, - вступил генерал. – А ведь он всего на три года старше тебя. Ты тоже готова на покой?

- Почему это? – взвилась госпожа герцогиня. – Ничего подобного! У меня всё в порядке с головой!

- Знаешь, Ла Валетт – серьёзный противник. И настраивать его против нашего сына было большой ошибкой. С какой ещё стороны нам ждать неприятностей?

- Почему это неприятностей? – она ещё и пытается защищаться, эту женщину не пробить ничем.

- Потому что, госпожа моя мать, это не помощь и не поддержка, - Жан стоял напротив неё и смотрел так, как… как умеет только некромант, наверное. – Это… какое-то самоудовлетворение, что ли.

- Неправда, я хотела, как лучше! А ты – неблагодарный сын! Да без моей договорённости с Ла Валеттом тебя бы и на заведование кафедрой никто не пустил!

- Коринна, ты рехнулась? – поинтересовался господин генерал. – Ты уже тогда портила Жану репутацию?

Помянутый Жан стоял, прислонившись к дверному косяку, и молчал. Очевидно, слов у него не было. И Марион отлично его понимала – когда она узнала про заговор собственной матери и Бернара, то, наверное, выглядела ничуть не лучше.