Отложенный эффект

Большим и тёплым, ясное дело, оказался тот самый Саваж, который примостился с краешку, как птичка на жёрдочке. Или как кот, который умеет занимать столько пространства, сколько есть, и принимать любую форму. Она пошевелилась, освобождая ему ещё немного места, он туда тут же перетёк, не просыпаясь, и так же не просыпаясь, обхватил её и прижал к себе – впрочем, аккуратно. Можно было закрыть глаза и спать дальше.

А потом она проснулась от включенного света и невнятного, но громкого восклицания медсестры Олив. Открыла глаза, встретилась взглядом с не до конца проснувшимся Саважем – и рассмеялась.

- Олив, дайте нам пару минут, пожалуйста, - попросила Марион медсестру.

Та очевидно смутилась и вышла.

- С добрым утром, Марион, - Саваж дотянулся, потёрся кончиком носа об её нос, коснулся губами её губ. – Как ты  себя чувствуешь?

Как она себя чувствует? Она себя – чувствует. Слабая, но – прямо захотелось потянуть руки, и ноги, и вообще потянуться. В последние дни сил на такое не было совсем.

Марион достала до его носа и почесала пальцем. Как коту. Он зажмурился – тоже как кот, и только что не замурлыкал. Подскочил, оглядел свои мятые брюки и рубашку, прикрыл их валявшимся на стуле пиджаком, обулся и открыл дверь.

- Заходите, госпожа Олив. А я домой – ненадолго.

Олив измеряла давление и прочее, и кажется – была довольна показателями.

- Что там видно, Олив?

- Я сейчас позову госпожу Клодетт, пусть она тоже посмотрит. Мало ли, что мне примерещится.

И что же ей примерещилось? Марион осторожно села на постели, потом встала – держась за спинку кровати. Получается. Голова не кружится, хоть и слабость, сильная слабость. Но если она не ела нормально сколько времени уже, то немудрено, что слабость.

Она сходила умыться, а когда вернулась – её дожидалась Клодетт.

- Как ты себя чувствуешь? – спросила целительница.

- А что видно? – осторожно спросила Марион.

По ощущениям было неплохо. Пожалуй, она бы даже съела что-нибудь.

- Видно истощение, но и только. Как будто ты уже бодрее, чем была. Посмотрим анализы, и доктор Фабиоль придёт к полудню, тоже посмотрит.

На завтрак Марион съела всё, что ей принесли – да с удовольствием. Клодетт облегчённо выдохнула – ест, значит, дело сдвинулось, и понемногу можно расширять количество и варианты съеденного. Что, неужели и правда противное лекарство доктора Черепахи сделало своё дело?

Доктор появилась в полдень, как и обещала, вместе с Жаклин. Велела Марион снова лежать и не шевелиться, и долго, не торопясь касалась силовым щупом в разных местах, первым делом там, куда вчера намазывали лекарство. Завершила один круг, пошла по второму. Марион встревожилась – неужели всё же там что-то не то?

- Лежите, милочка, я не разрешала шевелиться.