Капля духов в открытую рану

Было жарко, сели за белый пластиковый столик прямо на улице, купили шаурмы с колой.

– Я с тобой соревнуюсь, – сказал Андрон."

"– Ф каком фмыфле? – Ася надкусила шаурму, и та предательски выпала из лаваша на джинсы.

– Мне нравятся твои сюжеты, нравится, как ты мыслишь, как просто излагаешь сложные вещи.

– Новостийная школа. А в чем заключается соревнование? – спросила она.

– Каждый раз я делаю сюжет и понимаю, что он лучше, чем твой.

– Это честь для меня. Оказывается, я – шкала для самовлюбленных. – Она, не найдя салфеток, облизала пальцы.

– Для самобытных, – уточнил Андрон. – А ты видела мои репортажи?

– А что, они выходят в эфир? – уязвила его Ася.

– Посмотри, мне интересно твое мнение. Кстати, не знаешь, где найти дешевого гримера?

– Понятия не имею. Хочешь перевоплотиться?

– А у меня нет постоянной формы, я и есть перевоплощение. – Андрон философски смотрел вдаль – на сноп пшеницы, что держали рабочий с колхозницей над главными воротами ВВЦ.

«Придурок», – решила Ася и все же к сюжетам Андрона начала присматриваться. Некоторые показались ей полным бредом, но на парочке она с удовольствием залипла. Андрон в отличие от нее не нес зрителю никакой информации. Он, как фокусник, играл фразами, вещами, оборотами, а главное – своим лицом. Абсолютно прозрачный в жизни, на экране Андрон блистал, меняя образы. Все, что Ася передавала с помощью слова, он доносил сменой костюмов, грима, тональности голоса, хитростями монтажа.

– Не думала, что так можно в рамках классического репортажа, – призналась она ему спустя пару недель.

– Мы же не в программе «Время» работаем. И в этом наше преимущество. Но не вздумай меня копировать. Если ты к своему точному слову добавишь мои фокусы, мне придется снова вернуться в Донецк.

– Ну, пару приемов я у тебя украду. Для начала.

Это было самым увлекательным в Асиной жизни соревнованием. Неожиданно Андрон стал для нее мерилом таланта и возможностей. Они обсуждали планы на предстоящие съемки, придумывали приемы, монтажные эффекты, показывали друг другу свои сюжеты до эфира, критиковали, восторгались, валились со смеху, плакали. Каждый вечер бежали в кабинет Нехорошева к доске, где вывешивался лучший сюжет дня и недели, чтобы убедиться в своей неоспоримой гениальности или посыпать голову пеплом.

– Ты безумно талантлив, – не раз говорила ему Ася за кофе в пресс-баре.

– Я лишь отражаю тебя, – отвечал Андрон с денировской улыбкой."

"В такой творческой эйфории они провели около года, пока не настал вопрос, кому в редакции дадут должность специального корреспондента. Место было одно, и после новогодних праздников все были возбуждены, ожидая решения руководства. Нехорошев представил высшему начальству две кандидатуры: Аси и Андрона.