Открытая рана

Я сделал только шаг, когда в проеме лестницы, ведущей в подвал, мелькнула тень. Загрохотал автомат — по звуку немецкий МП-40.

Пришлось опять отпрянуть за дверь. И сейчас меня не задело. Дуракам и операм везет.

— Сдавайтесь! — крикнул я. — Вы окружены! Выхода нет! Вам будет сохранена жизнь!

Ответом послужило напряженное молчание.

Я взял лежащий у входа камень и швырнул внутрь помещения. Тут же рубанула новая очередь. Стреляли на звук. Сдаваться не собирались.

— У меня есть чем угостить их, — прошептал боец из группы захвата.

Вытащил из бездонного кармана куртки кругляш гранаты. Отлично! Это была уже знакомая мне новинка.

Боец вопросительно посмотрел на меня, и я кивнул:

— Давай. И потом сразу вперед!

Боец швырнул гранату. Оглушительно грохнуло. Вспыхнула молния. И мы устремились вперед.

Я прыгал через ступени, понимая, что времени у нас не так много. Стукнулся коленом о кирпичный выступ — вроде ничего не сломал. Тьма подвала слегка рассеивалась круглым окошком под потолком. Сзади светил луч — за мной шел боец с пистолетом и фонарем наперевес.

Подвал был просторный и наполненный всякой рухлядью. Прямо у дверей на полу сидел ошарашенный мужчина и тряс головой. Рядом с ним лежал автомат МП-40, в народе его ошибочно зовут шмайсером, — значит, я еще не забыл, как определять стрелковое оружие по звуку.

Светошумовая граната в закрытом помещении — вещь крайне эффективная. Убить не убьет, но гарантированно на несколько секунд выведет из строя, лишив ориентации в пространстве.

Я врезал сидящему на полу боевику по питекантроповому черепу автоматом. Жалко, нет увесистого приклада, но и такого удара хватило.

Еще один боевик устоял на ногах. И сейчас он вскидывал пистолет, направлял в сторону человека, лежащего в углу. Тот был закован в настоящие массивные кандалы, прикрепленные к скобе в стене.

Я без раздумий потянул спусковой крючок.

Грянул выстрел.

Я опередил негодяя буквально на один вздох. Боевик рухнул на пол.

Переведя дыхание, я огляделся. Все, больше врагов нет. Кончились.

Уф, по грани пошли.

— Ну привет, — подошел я к человеку, которого сейчас чуть не угрохал враг.

Вот он, тот самый «манекен».

— Долго же я вас ждал, — прохрипел человек и нервно рассмеялся.

Я тоже улыбнулся. Нет, ребята, я не клоун. Я мыслитель. И мыслил абсолютно правильно. Моя совершенно невероятная версия оказалась верной…

Глава 41

Когда наш борт заходил на посадку, в Москве начался проливной ливень с грозой. Молния, как мне показалось, рубанула по самолету, мигнуло тусклое освещение. Один двигатель закашлялся, но вскоре выровнялся и заработал с новой силой."

"Будет смешно, если после всего, что пережито и сделано, участники этой игры всем скопом навернутся в авиакатастрофе. Хотя чего жалеть? Основное сделано.