Отказ не принимается (СИ)

И к звукам шлепков и прерывистых вздохов добавляются мои протяжные стоны. Они словно срывают с Виктора последние оковы.

Впиваясь жадным поцелуем в бьющуюся жилку на моей шее, он превращает толчки в одно непрерывное скольжение, выталкивающее меня на грань, где все подчинено желаниям плоти.

Тело становится пульсирующим сгустком оголенных нервов.

Окончательно передав контроль над собой Воронцову, я льну к нему, ища опору в этом затягивающим меня с головой водовороте ощущений, трусь сосками о его грудь, сжимаю бедрами его талию крепче.

Мыслей нет, лишь страсть, захлестывающая, как цунами, отзывающаяся на голод Виктора, предъявляющего права на меня все агрессивнее до тех пор, пока киска не сжимается вокруг члена сильнее.

Между ног дергает все ощутимее, я буквально чувствую, как текут мои соки. Жжение внизу живота зашкаливает. Налитые кровью половые губы пульсируют, дырочка жадно обхватывает ствол, доводящий меня до изнеможения, бедра, обхватившие Виктора, дрожат.

Подбираясь к пику, я несу какую-то бессмысленную чушь:

– Виктор… ах… а… Андреевич…

Спроси меня, что я хочу сказать, я не отвечу. В моем голосе не то мольба, не то протест, и мой лепет кому-то срывает крышу бесповоротно.

Воронцов, порыкивая, забирается рукой между нашими разгоряченными влажными телами и, безжалостно раздвинув мои складки, скользкие от густой смазки, надавливает на клитор. Ведет по нему подушечкой пальца и снова надавливает.

Горло сковывает спазмом, я хватаю ртом воздух, и, выпивая мой немой стон, Виктор приникает к моим губам, продолжая терзать мою щелку, хозяйничая и во рту, и в киске. Трепет моего тела усиливается, рассказывая Воронцову, что я подчинилась. Я принимаю в себя его член с удовольствием, пылая от каждого толчка.

И только когда я, все еще сокращаясь вокруг члена, перестаю дрожать, Виктор мощными толчками позволяет себя меня догнать.

В голове пустота, лишь оглушительный стук сердца и шум крови в ушах.

Краем сознания я отмечаю, как выскользнувший из развороченной поруганной киски, Виктор оставляет теплые брызги на внутренней стороне моего бедра.

Глава 38

Схлынувшая волна горячки секса оставляет после себя беззащитность и неловкость.

Воронцов, улегшись рядом, подтаскивает меня к себе поближе, и я стараюсь расслабиться в его руках, но внутренне будто каменею.

Пока выравнивающий дыхание Виктор бездумно водит пальцами по моей груди, я борюсь с желанием замотаться в покрывало и сжаться в комочек.

Для меня это слишком быстро. Такой переход к близости.

Нет, прислушавшись к себе, я могу честно сказать, что не жалею, что потеряла невинность. Это ведь все равно когда-то должно было случиться.

И, наверное, опытный любовник в этом деле лучше. Первый раз не вызывает во мне отвращение к сексу.