Убийство с отягчающими

А нынче что делать? Нынче нужно «лохотронить» Европу вновь зажженными звездами российского футбола и закупать то, что хотя бы в состоянии бить по воротам и бегать.

Как объяснить это Крыльникову? Впрочем, тому уже все объяснено, все вопросы сняты. Жаль только, что напрасно. Теперь нужно объяснять «важняку» из Генпрокуратуры Кряжину. А с этим, как понял президент, придется туже.

Команда теперь лишнего говорить не будет. Пришлось на это потратить семьсот тысяч из фонда клуба. По тридцать каждому к общей сумме контракта за год. Предложи такое Роберто Карлосу, он рассмеется. За тридцать тысяч он сыграет ровно три игры. Но для того же Жиждича тридцать тысяч в год – манна небесная. Он ничего не скажет, даже если его пытать на Большой Дмитровке станут.

Но вот что это за «архив Крыльникова», о котором упомянул Кряжин? Как он там говорил: «Для начальства я на Мясницкой, материалы Крыльникова ищу, для оперов, которые завтра туда поедут, я в футбольном клубе «Олимп»…»

На Мясницкой… А что находится на Мясницкой? Ресников на Мясницкой не знал ничего, за исключением аппарата Уполномоченного по правам человека. Быть может, на Мясницкой проживал Крыльников, да там и схоронил свой архив по «Олимпу»?

Ночью он позвонил начальнику СБ «Олимпа» и велел узнать домашний адрес покойного полковника. В пять утра, когда Артур Олегович уже принялся спроваживать гостей, тот отзвонился и сказал:

– Вы были правы. Полковник Крыльников Андрей Николаевич проживал на улице Мясницкой. И в одиннадцать утра в его квартире назначена панихида.

– Почему не в ГУВД? – удивился Ресников.

– Мы не стали этим интересоваться у Чубасова.

Действительно. Было бы глупо. А все праздник. Для Ресникова он в разгаре, потому и голова с перебоями работает. А начальник СБ – в работе, потому и мыслит продуктивно. Наверное, унюхал генерал запашок сторонний, к служебной деятельности покойного не относящийся, да не дал команду холл ГУВД знаменами траурными украшать. Ох, как все плохо…

– Там должен быть архив Крыльникова, – с тоской проговорил в трубку Ресников.

– Мы купим пару венков, – успокоил его начальник службы безопасности и ровно в одиннадцать подъехал с двумя своими ребятами к дому на Мясницкой.

А за час до этого президент вошел в свой офис и, едва успел снять пальто, услышал за спиной клацание дверной ручки и звук решительных шагов.

– Артур Олегович, – пищал впереди вошедшего огромный охранник, – я ему говорю, что вас нет, а он все равно идет!

Тот, кто не поверил охраннику на слово, был не менее грузен и высок. Под мышкой он держал толстую папку, в руке шапку, широко улыбался, и казалось, всю новогоднюю ночь он провел во сне.

– Ситуация – смешнее не придумаешь, правда? «Артур Олегович, я ему говорю – его нет, а он все равно идет».