Отец подруги. Плюс-минус восемнадцать (СИ)

Скачивать приложения для общения не стала. А историю поиска затёрла. Мало ли…

Вернулась к цветам. Ох и красивые! Плотный букет в широкой вазе заполнил комнату приятным лёгким ароматом.

А потом я неуверенно отправилась в комнату Марка или точнее в комнату, которую я считала комнатой Марка.

Железное изголовье кровати мирно красовалось у стены, добавляя необычный штрих в дизайн интерьера и дрожи моим коленкам, ведь память подкидывала пошлые картинки.

Всё чисто, аккуратно, ни одной лишней вещи. Но никакой гардеробной здесь не было. Просто не было! Стоял только вместительный шкаф, встроенный в стену. А гардеробная оказалась там, где спала я.

Значит, он принёс меня в свою комнату, а не в гостевую.

От этого осознания стало как-то жарко.

Мотоциклетную форму было легко найти — чёрный костюм из штанов и джерси висел вместе с защитой, похожей на плотный пластик. В дверь зазвонили. Я положила форму на кровать и побежала открывать дверь.

Открыла не раздумывая, потому что думала, что там курьер, но меня тут же обняли сильные руки Марка и я оказалась прижатой к стене. За жарким поцелуем я не сразу поняла, что мы не одни.

— Неси в спальню, — сказал Марк, оторвавшись от меня.

А я очень хотела бы сейчас провалиться сквозь несколько этажей от стыда перед тем “курьером”, который накануне доставил мне телефон, а теперь вот нёс мою новую мотоциклетную форму. Совершенно ясно, что он обо мне подумал.

— Остановись, — сказала я Марку, когда “курьер” прошёл внутрь квартиры, оставив нас одних.

— Ты стесняешься быть моей женщиной? — спросил он хитро.

А я от этих слов, от того, как он их произнёс, от того как меня назвал… захотела завернуться в одеяло и проспать до следующей осени. Или вообще до того момента, когда всё это кончится. Кончится.

— Я не твоя женщина.

Марк посерьёзнел и отстранился.

— Ты именно МОЯ женщина.

Я только усмехнулась и отвела взгляд.

“Курьер”, больше похожий на телохранителя или наоборот на киллера, вышел из спальни.

— Жди здесь, — сказал ему Марк и, взяв меня за руку, потянул в спальню.

Я села на кровать рядом с разложенной формой и тремя огромными картонными пакетами. Марк присел на корточки и провёл ладонями по моим ногам до самых бёдер.

Я остановила его руки у края шорт.

Я посмотрела из-под опущенных ресниц.

— Нечего здесь думать, — сказал он. — И вообще, я хотел извиниться.

Я удивлённо на него воззрилась.

А потом он прижал меня к кровати и поцеловал. Сначала нежно, сгребая мою одежду, массируя грудь, трогая живот, бока, спину. Я хотела бы протестовать, но соски затвердели от жёстких прикосновений, губы стали чувствительными, жаждая поцелуев, а мои трусики снова намокли. Нет, в присутствии Виноградова, моё тело полностью капитулирует.