Отель «Оюнсу»

Как только ей станет легче, её надо помыть и одеть, мы уезжаем отсюда! Роман, останься с ними, закройтесь в номере и не выходите, пока мы не вернемся. Эдик, Гарик, мы идем искать Руслана и управляющего. Если этот Петр появится, пока нас не будет, скажите ему через дверь, пусть сразу же вызывает врачей и вертолет!

– Пошли! – Гарик первым выскочил из номера, и Макс с Эдиком поспешили за ним.

Они вышли на улицу и направились к коттеджу, в котором находился номер Агаева и Гайшаловой, оглядываясь по сторонам. На улице стоял полный штиль, ярко сияло солнце, и отражающий его лучи свежий снег слепил глаза. Но ночной снегопад завалил снегом все дорожки, и при каждом шаге ноги утопали в снегу по колено, а границ тротуаров не было видно. Поэтому к коттеджу пошли напрямик, косясь на алые отпечатки босых ног Зарины.

– Мля! – выругался Габазов, в очередной раз споткнувшись обо что-то, невидимое под толстым снежным покровом. – Где этот трепач «диджей-бармен-и-гид»? Почему снег не чистит, урод?!

– Я его с утра не видел, – хмуро отозвался Макс. – Подозрительно это. Случилось что-то очень дерьмовое, видал, Гайшалова чуть умом не тронулась, вся в крови и каких-то раздавленных червях!

– Надо найти Руслана! – заявил Эдик. – Они с Зариной долбили двое суток подряд, мало ли, что за фигня могла под таким приходом произойти! Может, вштырило так, что поперлись куда-нибудь и провалились в нору с дохлым зверьем!

– Или в подвал с гнилым мясом, которым нас собирались кормить, когда мы расслабимся! – поддержал его Гарик. – Вот этот урод управляющий и прячется, знает, что попал! Ссыт, козёл! Я ему в рыло настучу, как только найдем! А потом ещё отцу позвоню, он сюда людей пришлет, они его эту гниль сырой жрать заставят!

– Какой у них номер? – спросил Эдик, вываливаясь из глубокого снега на крыльцо коттеджа.

– Да фиг знает! – скривился Габазов. – Руслан говорил, что на втором этаже где-то!

Они зашли в здание, стряхивая снег со штанин, и поднялись по лестнице на второй этаж. Номер Руслана и Зарины они увидели сразу – дверь с кровавыми отпечатками ладоней была распахнута. Молодые люди осторожно приблизились к входу, и Макс заглянул внутрь. Секунду он осматривал обстановку, потом нахмурился и вошел в номер.

– Ни черта не понимаю! – растерянно произнес Смирнов, и Базоян с Габазовым зашли следом.

В номере было пусто. Постельные шелка и роскошный ковер густо залиты чем-то красным, стены спальни густо покрывали такие же красные надписи, с которых стекали ещё свежие багровые капли: «Иди ко мне, бэйба!» Ни трупов, ни червей, ни самого Руслана.

– Чуваки, по ходу, Агаев прикололся! – зло заявил Эдик.