Отель «Оюнсу»

Лицуро коротко пропищал лесной птицей и потряс луком, зажатым в вытянутой вверх руке, предупреждая остальных, чтобы внимательно следили за кронами деревьев. Воины Синзяо могут засесть в ветвях и пускать стрелы оттуда, так они убьют многих караванщиков, как произошло прошлой зимой. Тогда на торжище к Белым Великанам соплеменники Лицуро отправились без должной охраны, понадеявшись на торговое перемирие. Но Синзяо коварен, он запросто заключит мир с кем угодно, а потом пошлет воинов устроить налет и грабеж, после чего поклянется хоть духами, хоть самим Великим Драконом, что это были не его люди. В тот день погибли семь человек и двенадцать были ранены. Шаман смог выходить только половину из них. Поэтому сейчас вождь благоразумно решил проявить повышенную осторожность. Помимо рикш с караваном идут четыре руки воинов, и три руки охотников двигаются вокруг него, тщательно осматривая окрестности. До земель Белых Великанов почти два дня пути, и всё это время необходимо быть настороже, враги могут поджидать где угодно. И не обязательно это должны быть воины Синзяо, Белые Великаны редко устраивают торжища, и каждое такое событие собирает менял со всех стойбищ этих земель. Множество подлых вождей не прочь поживиться за счет идущих через глухую тайгу караванов.

До наступления темноты удалось пройти половину пути, и вождь велел разбить лагерь. Пока среди заснеженных корневищ рухнувших вековых деревьев закапывали волокуши и отрывали берлоги для ночевки, Лицуро выследил и подстрелил крупного лося. Утащить на себе столь огромную добычу не в силах даже самый сильный воин, и охотник попросил вождя позволить отвлечь от работ нескольких людей. Поначалу вождь сильно разозлился, услышав просьбу ослабить защиту лагеря, но после того, как охотники приволокли тушу убитого зверя, сменил гнев на милость и приказал немедленно зажарить лося. Мяса на всех не хватило, и потому его разделили между воинами, которым надлежит иметь силы для боя, что может вспыхнуть неожиданно и в любой момент. Остальные ужинали вяленой рыбой и сушеной строганиной, но Лицуро все равно был доволен – после сытной трапезы вождь стал к нему более благосклонен. Значит, он позволит ему принять участие в торжище, а это для Лицуро сейчас очень важно.

Дальнейший путь продолжили с первыми лучами солнца. Среди деревьев ещё царил рассветный полумрак, но стоянка уже была свернута, берлоги засыпаны снегом, и тщательно заметены отпечатки ног и тел, чтобы следопыты врага не смогли определить точное количество идущих с караваном воинов. Вождь повел людей почти бегом, стремясь как можно скорее достичь безопасных земель, и рикши выбивались из сил, двигая по глубокому снегу тяжёлые волокуши.