Отец подруги

— Я в душ, и через пятнадцать минут встречаемся внизу.

Грудь заполняет приятное тепло. С ней всегда хорошо и весело. Мне с ней повезло.

4

«Из грязи в князи», — такая фраза вертится у меня на языке, когда Мерседес Лениного отца с сидящим за рулем водителем, тем самым, который не смог меня вчера встретить, останавливается возле внушительных кованых ворот. С приездом в Москву я будто попала в иной мир: сплю в комнате, сошедшей в картинок интерьерного каталога, разъезжаю в дорогой машине, одетая в платье из последней коллекции премиального бренда (это Ленка заставила меня его надеть, сказав, что оно подходит к глазам), а выходные планирую провести в особняке, где имеются собственные бассейн и теннисный корт. Разительный контраст для той, кто все сознательные годы прожил в крошечной квартирке на окраине и привык перемещаться по городу на автобусе.

— Ох, какая сегодня жара. — Перекинув через плечо набитую пляжную сумку, Ленка обмахивается рукой. — Никаких, на фиг, шашлыков. Хочу мохито и в бассейн.

Я смотрю на нее с немым восхищением. За три года ее жизнь круто поменялась, но сама Ленка нет. Стоя в шлепках, стоимостью в три мамины зарплаты, она ведет себя так же органично, как и вела себя в школе, нося конверсы и драные джинсы.

— То есть я лишился партнера по теннису? — раздается голос Лениного отца, при звуке которого я невольно вздрагиваю. Всю дорогу к дому Саблиных он ехал молча, углубившись в свой телефон.

— Ради победы над тобой не поленюсь помаяться на жаре.

— Мечтай, ребенок, — усмехается он и треплет Ленку по голове, отчего она начинает довольно улыбаться. — Ну что, идем? Долго расслабляться не сможем — у меня в семь встреча в городе.

— Вообще-то это наши с тобой выходные, — ворчит она и, поймав мой взгляд, театрально вздыхает. — Видишь, как сложно с моим папой? Только настроишься провести с ним день — ему куда-то нужно ехать.

На это я могу лишь натянуто улыбнуться. Я была бы счастлива иметь такие доверительные отношения с отцом. Играть вместе в теннис, шутить, обниматься. Хотя Ленка, скорее всего, и сама все это понимает.

— Думаю, Борис Александрович и сам был бы рад никуда не ехать, — говорю я из необходимости хоть что-то ответить.

— А вот тут ты ошибаешься, — Прильнув к плечу отца, Ленка выразительно морщит нос. — Папа трудоголик и не может ни дня провести без своей работы.

Неожиданно взгляд Бориса Александровича фокусируется на мне.

— А чем занимается твой отец, Сона?"

"Вопрос застает меня врасплох, и ответить получается не сразу. Я слишком поражена фактом, что отцу Лены есть дело до меня и моей семьи.

— Ничем. В смысле, раньше он работал в грузоперевозках, но больше нет… Потому что умер.

— Понятно. Давно?

Ком, подкатывающий к горлу всякий раз, когда речь заходит о папе, неожиданно растворяется.