Отец подруги. (не) для меня

Хотя по факту никто ее не выбирал, она сама решила назначить себе ею. Нам пришлось только принять это, потому что больше этим никто не хотел заниматься. У Вики была ее свита, теперь она не одна, теперь их трое. Регина и Настя – верные подруги. А еще Виктория, конечно же, стала девушкой самого желанного парня университета. Он был богат и красив, и по нему вздыхали многие, как я потом узнала.

Для меня он был обычным. Да, может быть, модельные скулы, развитая мускулатура, которая явно была не дана ему от рождения. Еще вдобавок и богат… Хотя уточнение: богаты его родители, а не сам он. Поэтому к таким я относилась прохладно. Меня вообще не интересовали мои ровесники.

Виктория словно выбрала меня мишенью для своего самоудовлетворения. То и дело сыпля колкости в мой адрес. Конечно же, я старалась не обращать на это внимания. Но приходилось очень туго. Если внешне я могла держаться, то внутренне – нет. На меня словно вываливали ведро помоев, и становилось очень паршиво. Я не была готова к такому. К «школе» университета. Наш класс был всегда очень дружным. Все друг другу помогали, поэтому и учиться было легко.

Тут такого не было. Была свита Виктории и те, кто не примкнул к ней, такие же одиночки, как и я.

Каждый раз я проглатывала ее выходки, стараясь не обращать внимания. Но каждая колкость все равно портила мне настроение. Я никому не говорила об этом, даже Клаве, которая с упоением рассказывала о своем университете. У них группа была очень сплоченная."

"– Прикинь, сегодня к нам приехал очень известный журналист и политик, – рассказывала она в один из дней, когда мы сидели в гостиной. – Он объяснял, как нужно писать так, чтобы нравилось, как подбирать сюжеты!

Я очень рада за подругу. Видно, что она горит этим.

– Короче, это мой новый кумир! Он даже внешне такой красавчик! – с придыханием произнесла подруга, закатывая глаза.

– Ну, теперь тебе есть на кого равняться.

– И, может, даже познакомиться ближе, – она подмигнула.

– С кем познакомиться ближе? – слышу громкий голос, от которого вздрагиваю, а потом опять по всему телу проходит ток.

Карим Тагирович только что вошел в гостиную, облокотившись о дверной косяк, скрестив руки на груди, так что его мышцы начали бугриться, выделяясь через тонкую ткань футболки.

Мужчина смотрит на нас с легким прищуром. Сначала на дочь, а потом его взгляд плавно переходит ко мне. Отчего меня словно жаром обдает.

– Пап, нехорошо подслушивать, – надувает губы его дочь.

– Я не специально, просто проходил мимо, – пожимает он плечами, а потом плавной походкой идет на кухню. – Так что там со знакомством?

Я не могу отвести взгляд от мужчины. Он словно хищник перед прыжком, двигается плавно, но опасно. Тело будто начинает гореть.