Отец по ошибке

Достает из уха один наушник и огорошивает меня новостью:

— Света не удержалась и поведала матери о тебе и ребёнке. А Лена, похоже, желая поддеть бывшую, приукрасила наши отношения, и теперь мать жаждет познакомиться с вами, чтобы удостовериться, что это не ложь.

Глава 22

Максим

Поступок Светы вызывает внутри меня настоящую ярость. Не знаю, чем она руководствовалась, когда решила сообщить моей матери, что я живу с женщиной и, вероятно, у нее есть ребенок. Не от меня. Возможно, думала, что мать бросится вставлять мне мозги? Что мне пятнадцать лет и я сделаю так, как желают родители? Но я давно уже вырос и вправе самостоятельно распоряжаться своей жизнью.

Да и Лена хороша. Она единственный человек, который знает о причине нашего развода и поэтому яро ненавидит мою бывшую. Она не понимает, почему я не рассказываю ничего родителям, почему позволяю Свете приходит к нам, но зато прекрасно знает, что если хоть словом о чем-то обмолвится, то потеряет мое доверие. Поэтому молчит. Молчит и не упускает возможности нагадить бывшей невестке и выставить ее в дурном свете. А вот сейчас, похоже, решила резануть ее поглубже, создав картинку моей счастливой жизни без Светы. С другой женщиной и сыном.

С женщинами одни проблемы. Как все достало. Несколько недель отпуска превратились в настоящий ад. Что мне после этого говорить родителям? Что это глупая шутка, которую поддержала Лена? Опровергнуть наличие в моей жизни женщины с ребенком в любом случае придется, иначе как потом объяснить, куда я дел собственного сына?

Я отрываюсь от телефона, решая отложить разговор с матерью до утра, поднимаю голову и встречаюсь взглядом с Ириной. Снимаю наушники и слышу детский плач.

— Забавно, как небольшая ложь одного человека потащила за собой целый ком событий, — вздыхает девушка на мои слова о Светлане и подходит к кухонному шкафу.

Я замечаю, что ее походка неуверенная. Она немного пошатывается, морщится, упирается ладонями о гранитную столешницу. Упрямая. Пытается доказать, что чувствует себя хорошо, но если бы это было так, то она вряд ли оставила бы плачущего ребенка в комнате одного."

"— Зря тебя так рано выписали из больницы, — заключаю я и поднимаюсь со своего места, чтобы помочь девушке. — Отойди. Что нужно делать?

— Я сама.

— Я вижу, как ты сама. С трудом на ногах стоишь. Тебе стоит подыскать няню, хотя бы на месяц, пока не окрепнешь. Хорошо, что я перехватил тебя у больницы, представь, если бы ты осталась сейчас одна с ребенком в квартире, — отчитываю ее и вижу, как остатки краски покидают ее лицо. Впечатлилась.

— Ну а что поделать? — пожимает плечами девушка и тянется за бутылочкой. Я перехватываю ее руку — ее кисть настолько тонкая, что смог бы обхватить своими пальцами сразу на обеих руках.