Отец по ошибке

— Я сфотографирую, и выберешь, не беспокойся.

Максим сворачивает в сторону супермаркета, я же пытаюсь вспомнить, есть ли в его квартире среди моих вещей те самые «женские штучки», которые мне понадобятся, потому что просить купить их чужого мужчину очень стыдно. А ещё я вдруг понимаю, что Максим будет хорошим мужем, заботливым, даже несмотря на то, что часто он раздражителен, а ещё ведёт себя холодно и отчужденно. Ведь если он относится так ко мне, чужой женщине, то что говорить об отношении к любимой жене? Кому-то невероятно повезёт. Жаль, что мой Максим оказался не таким.

Ощущение, словно прошла целая вечность с тех пор, как я в последний раз поднималась в лифте на нужный этаж в элитной многоэтажке, которая стала для меня настоящим домом. Мне нравился этот район, нравилось расположение жилого комплекса, нравились люди, которые здесь жили, нравилась безопасность этого места. Не нужно было волноваться, возвращаясь с работы поздно вечером, что, пока будешь доставать из сумочки ключи от подъезда, кто-то может подкрасться сзади и ударить тебя по голове.

Мне нравилось, что прямо во дворе есть небольшой детский сад, а в квартале отсюда гимназия с углубленным изучением иностранных языков. На первом этаже я приглядела фасадное помещение, надеясь, что когда с рейса придет Максим и все финансовые затраты будут не только на моих плечах, то я смогу арендовать его под свой цветочный магазин. Это показалось мне отличным решением всех проблем. Работа почти что на дому.

А сейчас я поднимаюсь на нужный этаж в тягостном молчании, полной растерянности и понимании, что придется заново выстраивать всю свою жизнь и планы на будущее. Потому что теперь я в ответе не только за себя, теперь есть крохотный, еще совсем беззащитный человечек, который полностью зависит от меня.

Створки лифта открываются, и Максим пропускает меня вперед. В его руках два больших пакета, еще один остался в машине, за ним он решил спуститься чуть позже. Я делаю глубокий вдох, в коридоре тихо, поэтому мои шаги гулким эхом отражаются от пустынных стен. Не доходя несколько метров до двери в квартиру с тем самым проклятым номером, я вдруг замедляю шаг. Сглатываю подступивший к горлу ком, нервничаю.

— Что-то не так? — равняется со мной мужчина.

— Нет, — качаю головой и наблюдаю за тем, как он достает ключи из кармана куртки, проворачивает их в замке и раскрывает передо мной дверь.

— Так и будешь стоять? — вопросительно смотрит на меня, пока я нерешительно переступаю с ноги на ногу, заглядывая внутрь и скользя взглядом по знакомым стенам прихожей.

Я переступаю порог. Застываю. Прохожусь взглядом по комнате, пытаясь уловить изменения, что произошли за время моего отсутствия. Но, кажется, все осталось как и прежде.