Отец по ошибке

 — Ты еще не до конца окрепла и собираешься рассекать по городу с ребенком на руках в поисках квартиры? О себе вообще не думаешь? А если тебе плохо станет? Ты не слышала доктора? Он сказал: постельный режим и никаких физических нагрузок, — выпаливаю ей в лицо, потому что эта беспечная особа, кажется, реально не от мира сего. Неужели не понимает всю серьёзность своего положения?

— А что ты предлагаешь мне делать? Жить на улице? Прямо здесь, под порогом больницы? — заводится она. В ее глазах полыхает огонь, она подается вперед, равняясь[n3] со мной. В сравнении[n4] со Светой она довольно-таки высокая. Это непривычно, потому что все девушки, которые меня окружали, всегда были низенькими, в лучшем случае доставали мне макушкой до плеча. — Или, может быть, у тебя? А что, там и детская есть, и вещи мои перевозить не нужно. Удобно же. Я, кстати, хорошо готовлю.

— Отличный вариант, так и сделаем, — со злости говорю я, приобнимаю ее за талию и подталкиваю в сторону стоянки.

— Что?

— Сама сказала: идти некуда. Мой дом был твоим почти полгода, так почему не использовать его еще несколько дней?

— С ума сошел? Спасибо, конечно, тебе за заботу, за все, что ты для нас сделал, но сейчас не самое подходящее время для издевок надо мной. Нас с сыном ждет такси, всего хорошего.

Она задирает вверх подбородок и гордо вышагивает вдоль аллеи, ведущей к главным воротам больницы. Я усмехаюсь. Наивная. Иду за ней. Пристраиваюсь сзади и наблюдаю за тем, как с каждым шагом ей все труднее и труднее двигаться.

— Давай его сюда, — вздыхаю я, останавливая ее, и протягиваю руки к ребенку. Она смотрит на меня зло, словно это я виноват во всех ее несчастьях.

— Я справлюсь, не волнуйся, — поднимает на меня взгляд, и я замечаю влагу в ее глазах. Прозрачные дорожки слез скатываются по щекам и пропитывают ее вязаный шарф.

— Даже не сомневаюсь, что справишься. Но только после того, как сможешь прогуляться хотя бы километра два и не свалиться на землю. Давай, ты ведь понимаешь, что я прав. Не скажу, что я счастлив и буду рад видеть тебя в своей квартире, но там половина твоих вещей, уютная комната, Вика по соседству, и я не такой ужасный, каким могу показаться.

— Ты сейчас серьезно? — недоверчиво спрашивает она, и злой огонёк в ее глазах резко тухнет.

На самом деле я собирался найти ей квартиру, а в это время она должна была собрать свои вещи и быть готовой к переезду, но, как обычно, все идёт не по плану.

— Вполне, — смотрю на неё выжидающе.

— Знаешь, я бы хотела принять твоё предложение, очень хотела бы, но не могу. Меня такси ждёт. Пока.

Она медлит. Всего несколько секунд. А потом уходит. Я выдыхаю, прикрываю глаза, говорю себе, что она не моя забота, что сделал все, что в моих силах, совесть чиста.