Отец по ошибке

Мелодия звонка телефона разрезает тишину в доме ближе к десяти вечера, я хватаю его и не раздумывая принимаю вызов.

— Алло, Максим?

— Привет, скучала? — его голос звучит тихо и устало, я прижимаю сильнее к уху телефон, чтобы не пропустить ни одного его слова.

— Ты где? Далеко? Скоро будешь? — нетерпеливо спрашиваю я.

Максим молчит несколько минут, тяжело вздыхает.

— Рыжуль, я в рейс ухожу.

— Что? Как? Когда? — взволнованно вскрикиваю я.

— Завтра утром.

— Так быстро? Почему… почему ты не сказал мне утром? — Горло сдавливает спазм, меня заполняют горечь и разочарование. Почему так быстро? Почему именно сейчас? Нам бы ещё немного времени…

— Сам не знал, не думал, что все так быстро получится. После собеседования они сразу же предложили мне место, замена завтра. Послушай, Ир, здесь график три через три, а не по шесть-девять месяцев, как раньше. Ты не успеешь соскучиться, как я приеду обратно. Я не хочу упустить это место. Поработаю ещё несколько лет, а потом вложусь во что-нибудь крупное на суше, чтобы вы с Тимуром ни в чем не нуждались, и буду весь год рядом.

— У нас и так все есть. Не хочу, чтобы ты уезжал, не сейчас, — мой голос звучит капризно, а ещё никак не удаётся сдержать всхлипы.

— Ты ведь дождёшься меня?

— Конечно, что за вопросы? Во сколько у тебя рейс? Мы успеем попрощаться?

— В семь утра. Я сейчас собираю чемоданы, покупаю все, что нужно будет, поэтому как бы ни хотел, но приехать к тебе, а потом обратно не успею. В конторе затянули с контрактом, пришлось долго ждать, пока они подпишут его в главном офисе и отправят обратно. Ну, не расстраивайся, Ир, мне самому хреново, если тебя это утешит.

— Нет, я… просто… это так неожиданно. Но что такое три месяца, правда?"

"— Правда. Слушай, я оставлю ключи у консьержа, предупрежу его, приедешь — заберёшь. Я хочу, чтобы ты вернулась обратно. Ко мне. Вы вернулись. Чтобы ты ждала меня в нашем доме и мне было к кому возвращаться. Я ничего не трогал в детской. Правда, кроватку придётся снова переносить, но, думаю, Игорь поможет. А ещё я оставлю денег в кухне в шкафчике, займись сыном, а не работой.

— Максим?

— Да?

— Ты точно настоящий?

— Конечно, солнышко. Только не плачь и поцелуй за меня Тимура.

— Обязательно.

— Мне пора, я ещё наберу тебя. И завтра перед отлетом тоже.

— Может, я успею приехать к тебе? Чтобы проводить, — спрашиваю с надеждой, а в голове уже куча идей, как добраться до города.

— Нет. Не надо, я буду волноваться. На улице ночь, с кем ты поедешь?

— Не знаю, придумаю что-нибудь.

— Ир, не дури, пожалуйста. Ложись спать и ни о чем не думай, — его голос заучит строго, возражать бесполезно. — Встретимся через три месяца, — уже посмеиваясь, произносит он.

— Дурацкая шутка.

— Ну как смог. Обещаешь, что послушаешь меня?

— Да, — говорю с заминкой.