Отец по ошибке

— Ба, ну что ты такое говоришь?

Пока мы с бабушкой переговариваемся, Максим выходит из машины и начинает доставать из багажника сумки.

— Добрый день, — кивает бабушке, и та улыбается ему в ответ. Я же вмиг теряю все настроение: бабуля же знает его, вот только что он успел ей наговорить? — Как ваше здоровье? — спрашивает он между тем.

— Самое то, чтоб плясать на вашей свадьбе.

Я заливаюсь краской, мне становится немного неудобно перед мужчиной, он же, кажется, вообще пропускает эту фразу, сосредоточенно достает коляску из машины и несет ее в сторону дома. Мы с бабушкой тоже заходим во двор, подальше от любопытных глаз соседей.

— Давай все в ту комнату, — показываю Максиму в сторону зала, потому что моя комната совсем крохотная и вместе с Тимуром мы там не развернемся. — Спасибо тебе большое.

Мы застываем в дверях, неотрывно смотрим друг на друга. Потолки в доме низкие, поэтому мужчина кажется настоящим великаном. Его зрачки расширены, я перевожу взгляд на его губы и непроизвольно облизываю свои. Пересохшие и жаждущие его ласк.

— А вы надолго? — внезапно рядом с нами появляется бабушка, и мы резко отстраняемся друг от друга, расходясь по разным углам комнаты.

— Я на месяц где-то, — произношу, избегая встречаться взглядом с Максимом, и складываю одежду Тимура в шкаф. Чувствую волны напряжения между нами, которые впитываются даже в стены."

"— О, радость-то какая! А то приедешь на день-два — и сразу в город свой. А здесь же воздух какой и молочко домашнее, не то что в ваших этих супермаркетах! Ой, а кроватку-то для Тимурчика надо спустить, так и знала, что пригодится! А мамка твоя все говорит: выброси да выброси! Максим, вы же поможете?

— Конечно.

— Бабуль, Максим вообще-то спешит, он уже уезжать собирался.

— Как это? — Она с недоумением смотрит на нас.

— Не раньше, чем соберу кроватку, — усмехается мужчина. — Говорите, где ее искать, — обращается к бабушке, и они вместе выходят из дома, я же сажусь на диван и выдыхаю. Обвожу взглядом комнату, не веря тому, что наконец-то дома. Все-таки как же хорошо здесь. И спокойно. И никаких Черновых на несколько этажей выше.

Я рассчитываю, что Максим уедет сразу же, как соберет кроватку. Еще мою, между прочим. Но он не спешит покидать нас. Сразу после кроватки идет во двор, берет топор и начинает рубить дрова. В одной футболке, которая плотно обтягивает его тело, и я могу любоваться тем, как при каждом его резком движении бугрятся мышцы на руках.

Я прячусь за занавеской и тайком наблюдаю за мужчиной. Он, как всегда, все делает по-своему, не обращая никакого внимания на мои жалкие протесты и яростные намеки.

— Что-то случилось между вами? Поссорились? — спрашивает бабушка.

— Нет, с чего ты взяла?

— Ну, вы как-то странно себя ведете. Не так, как полагается мужу и жене.