Отец по ошибке

Искал везде…

— Ты, я так понимаю, тот самый сбежавший женишок? — хмыкает сбоку мужчина, не давая Чернову договорить.

— А ты кто еще такой? — зло бросает тот, внимательно рассматривая его в ответ.

— Никто. Ира, идем, — подталкивает меня к лифту Максим.

— Э-э-э, мужик, стоп-стоп. Это моя невеста и мой сын. Так что это ты здесь никто. Спасибо, что помог с коляской, а теперь можешь идти. Мы сами разберёмся.

Они смотрят друг на друга с яростью в глазах, и клянусь, еще минута — и устроят драку.

— Вы оба — замолчите! — не выдерживаю я. — Никто никуда не пойдет, пока мы не выясним, какого черта ты, Максим, отправил меня в чужую квартиру?! И где пропадал все это время?"

"— Пойдем домой, я не собираюсь объясняться при чужих. Это во-первых. А во-вторых — это ты куда пропала? Цветочный твой закрыт, все страницы в социальных сетях удалены, я даже друзей твоих найти не смог, чтобы спросить, все ли с тобой хорошо. В полицию ходил, надумал себе кучу всего, а ты, оказывается, за время моего отсутствия мужиком успела обзавестись.

— Слова подбирай, пострадавший, — делает шаг ко мне Дмитриев.

— Куда я пропала? — начинаю заводиться я. Волнения прошлых месяцев, обида, слезы — я вспоминаю все. И теперь это нарастало внутри меня, норовя превратиться в настоящий ураган. — Ты отправил меня в чужую квартиру! Писал раз в месяц! Не интересовался ни мной, ни ребенком, а теперь упрекаешь меня в том, что рядом со мной мужчина, который поддерживал меня в то время, когда ты был неизвестно где?

— Какая еще, к черту, чужая квартира? Ты головой ударилась? Я передал тебе ключи от своей квартиры, пришёл с рейса, а там ни тебя, ни ребёнка!

— Ты отправил меня по неправильному адресу! — выкрикиваю я так громко, что Тимур просыпается.

— Еще раз говорю: я передал тебе ключи от своей квартиры. Что за чушь ты несешь? А позвонить не мог, потому что три месяца назад во время шторма мой телефон смыло за борт! Новый удалось раздобыть только через месяц, ни одного номера не сохранилось, в том числе и твоего. Восстановить СИМ-карту было негде.

— Нет… ты врешь…

— Зачем мне врать? Что вообще произошло, Ира? — требовательно спрашивает он.

— Вот же, ты написал мне, — дрожащими руками достаю из сумочки телефон, глотая слезы, листаю сообщения, чтобы найти то самое. — Гаванная семь, квартира двести семнадцать.



— Триста семнадцать, — уже спокойным голосом исправляет меня Максим.

— Двести семнадцать, — настаиваю на своем и поворачиваю телефон экраном к нему. Выражение его лица быстро меняется. Гнев исчезает, он хмурится. Переводит взгляд на меня.

— Черт, детка, прости меня, пожалуйста, видно, палец соскользнул и я не заметил, что дал тебе неправильный номер квартиры.