Отец на час. Работает спецназ

Вечер проходит в обычном режиме.

Под болтовню девчонок ужинаем тем, что приготовила домработница, затем Влад с Машей отправляются кормить муравьев, а я наблюдаю, как Эльза готовится ко сну. Она так же, как и я, сильно переживает уход Леона из дома, поэтому в последние недели мы сблизились и много разговариваем.

Когда девчонки наконец-то укладываются, закрываюсь у себя.

И снова привычный, выработанный годами ритуал. Душ. Ночная маска для лица. Шелковый пеньюар. Мягкая постель, пахнущая лавандой. Тело наконец-то расслабляется, но все равно не до конца.

Перевернувшись на спину, сжимаю бедра.

Злюсь, потому что Владислав Алексеевич заразил меня страшным, опасным вирусом - любовью к оргазмам. Жить без них теперь сложно, поэтому я впервые за эти дни решаюсь на шалость.

Подол задирается, а грудь набухает.

Поглаживая кожу чуть ниже пупка, спускаю ладонь и зажимаю ее между ног. Выгибаюсь. Нервные окончания бьет электрическим током, внизу живота - целый рой из жужжащих ос.

Черт…

Прикрыв глаза, сладко ласкаю себя, но удовольствие… оно такое... скользкое… все время убегает прямо из-под пальцев, рассыпается.

Раз за разом.

Снова и снова.

- Черт, - повторяю уже вслух и отбрасываю тяжелое одеяло.

Зажигаю свет и, закусив нижнюю губу, иду в ванную комнату. Ну ладно, пришло время нам познакомиться!...

Открываю дверцу скрытого в стене технического шкафа и обмираю.

Секунда, две, три…

И меня словно ветром сдувает. Пробегаю спальню, отпираю дверь и без стука врываюсь в комнату Влада.

- Вы.… украли Бурака! - сразу нападаю тигрицей.

Правда, внутрь не вхожу, так и топчусь у порога.

Вспыхиваю от одного только вида стройного, подтянутого спецназовца. Он лежит на расправленной кровати, поверх одеяла.

Закинув руки за голову, перебрасывая из одного уголка рта в другой зубочистку и, черт его дери, он в одних трусах - обычные белые боксеры, которые недвусмысленно топорщатся по центру.

- Кого? - Влад усмехается, невозмутимо меня рассматривая.

Вскидываю подбородок, потому что знаю, как ему нравится моя свободная от поддержки лифа полная грудь, а в этом шелковом пеньюаре цвета сливочного масла все как на ладони.

- Бурака, - упрямо повторяю. - Просто поверить не могу, что вы его стащили!...

Влад лениво потирает свой идеальный пресс и, о боже, нагло поправляет содержимое боксеров. Вообще не стесняясь моего присутствия.

Я инстинктивно сжимаю дверную ручку. Она тонкая и слишком холодная.

Разочарованно вздыхаю и отпускаю.

- В смысле… Обаму? - взгляд зеленых глаз становится ироничным.

- Какого ещё Обаму?... Я аполитична! - вспыхиваю от возмущения. - Вы украли моего Бурака!

- А…. не расслышал. - Теперь его взгляд таранит мои тоскующие от одиночества соски. Влад откашливается. - Я, кстати, прозвал его Уиллом. Старина стал моим верным другом.

- Влад.