Отец на час. Работает спецназ

- Что-то ты погрустнела, красавица, - ласково обращается ко мне Влад. - Спектакль совсем не впечатлил?"

"- Да ты что? - тут же расслабленно улыбаюсь. - Все было чудесно. Я люблю классику. Особенно Чехова. Просто проблем накопилось…

- Так давай решим… Что у тебя там накопилось?

Я киваю и как-то внутренне подбираюсь.

- Да, пора решать радикально. Я тоже об этом думаю…

Вытянув руку, он расслабленно поглаживает мое левое плечо.

- Ну?...

- Скажи.… - вздыхаю устало. - Влад… Вот… если пистолет заржавел, то он уже непригоден?... Совсем не будет стрелять?

- Бля-я-ядь…- Всегда невозмутимое лицо на секунду превращается в озадаченное, а затем в изумленно-ироничное. - Эм… Федерика Тореодоровна… Ты настолько радикально собралась решать? Может, его просто… уволить? Или побить?

- А… Ты про Андрея? - смеюсь, поглаживая предплечья. - Нет. Я не об этом… Как ты мог такое обо мне подумать?

- Уже решил, что надо начинать тебя бояться, - шутливо хватается за сердце.

Я спешу объясниться:

- В Дзержинске склад подтопило, а там целая партия пневматики. Поставщик выставляет претензию на полное возмещёние стоимости ущерба. Вот думаю, что теперь с этим делать.

Влад выезжает со стоянки, кладет широкую ладонь на мое колено. Поглаживает, будто ему так легче думается.

Потом потирает висок.

- Чисто теоретически ржавчину можно зачистить, а затем кинуть в состав из неорганической кислоты и солей цинка. Мы… хм… в командировке так и спасались. Если хочешь, могу помочь. Дашь мне несколько человек?

- Конечно. Спасибо.

- Пока не за что, бандитка, - улыбаясь, он оглядывается по сторонам. - Ну что? Едем в ресторан?... Дети Сергеем занимаются, можем себе позволить. Где там подают твою траву с соей?

Я вдруг тоже хочу что-нибудь сделать для него. Он столько старается…

- Сегодня я буду безрассудной, - загадочно веду плечиком и взмахиваю рукой.

- Ну-ка… Скажи, - откинув голову назад, Влад как-то особенно притягательно смеется. - Что это значит?

Склонившись, прохожусь пальчиками по колючей щеке.

Нравится.

Так нравится до него дотрагиваться. Спасть с ним, провожать закаты и встречать рассветы вместе, воспитывать детей.

Моих и его детей. Наших.

И с Прасковьей мы подружились: она теперь часто приезжает в гости, чтобы поиграть с девочками.

- Я тут подумала.… Давай съедим по бургеру? - заговорщицки, почти шепотом спрашиваю.

В светло-зеленых глазах загорается теплый свет.

- Ты прямо беспередельщица!

- Но только без верхней булки, - быстро добавляю, испугавшись своей смелости. - Чтобы на боках ничего не отложилось.

- Мы ночью сгоним. Сначала на боку, потом на спинке… - говорит интимно, и я наверняка краснею. Снова как девчонка.

А после... мы, словно подростки, едим бургеры, запиваем их колой и целуемся. Уже как взрослые.

- Я так устала, - жалуюсь.

Пожалуй, впервые в жизни.