Отец моей подруги

Легко толкаюсь бедрами, он шипит и кусает губы.

— Сейчас доиграешься, засранка малая.

Поднимает меня вверх, впивается губами в затвердевший сосок. Дует, облизывает, прикусывает. Меня скручивает от ощущений. Это так остро и пронзительно, что я ускоряюсь. Сама толкаюсь навстречу члену, мне нужна заполненность, хочу снова почувствовать его в себе.

— Тихо, тихо, малыш, я сам, — Марат одной рукой зажимает затылок, второй талию. И входит.

Медленно, растягивая, проталкиваясь внутрь и не давая мне отстраниться. Вталкивается на всю длину, вжимаясь пахом. Смотрит в глаза.

— Как же в тебе охуенно, малыш, — говорит сипло, и я сама его целую.

Так как он меня. Впиваясь губами и сплетаясь языком.

И мужчина словно срывается с тормозов."

"Он начинает толкаться резко, быстро, совсем не так как в первый раз. Сжимает ягодицы, насаживает меня на член, при этом не выпускает мои губы.

Я сама разрываю поцелуй. Выгибаюсь, и он ловит ртом мои соски, отчего в голове шумит и взрывается фейерверками.

Некоторое время в комнате слышны только хлопки тел, хлюпанье и наше рваное прерывистое дыхание. Внизу нарастает напряжение, с каждым толчком меня уносит все выше и выше,

Я кончаю первой. Мир вокруг рассыпается ярким конфетти, я не сдерживаюсь и кричу. Следом раздается рык, и ощущение наполненности исчезает. На ягодицы выплескивается горячая сперма, в меня вжимается горячее мужское тело.

— Это пиздец, малыш, — хриплый шепот будоражит, вызывает во всем теле непроизвольную дрожь, — как же мне с тобой хорошо, просто пиздец...

Марат ушел утром, когда я спала. Вчера мы вместе пошли в душ, там я сделала первый в своей жизни минет.

Я чувствовала себя неуклюжим подростком и, возможно, не решилась бы. Но там мы начали целоваться, и я почувствовала, как у Марата снова твердеет член.

На третий раз я была не готова. Между ног саднило, было чувство, будто Хасанов до сих пор во мне. И я опустилась на колени.

Надо было видеть, какой огонь зажегся в его глазах! Хотя он и попытался отказаться, в своей обычной манере.

Взял меня за подбородок, наклонился и заглянул в глаза.

— Ты уверена, малыш? Может на сегодня достаточно?

Я была уверена, поэтому отвела его руки и сказала:

— Ты только говори, как надо.

Огонь полыхнул так, что чуть не сжег меня в пепел.

— Просто облизывай и соси, — выдохнул Марат.

Я послушно лизнула головку — она такая тугая, шелковая с чуть терпким вкусом. И сразу почувствовала, как внизу живота сладко скручивается узлом возбуждение.

Мне так понравился его член! Он как и сам Марат — крепкий, рельефный, весь в крупных венах. Я вобрала головку губами и начала сосать как леденец.

Марат зашипел и толкнулся глубже мне в рот. Я чуть не задохнулась, уперлась руками в его бедра, и он сразу вышел.