Отец моего жениха

Хочется набрать ее номер, а лучше приехать в хоромы на Патриарших и вцепиться в волосы, чтобы вытрясти ответ, какого черта она о себе возомнила. Рязанские гены всегда дают о себе знать, когда происходит несправедливость. Но кто-то в моем роду явно согрешил с отпрыском царской крови, потому что от подобного импульсивного поступка меня удерживает чувство собственного достоинства. Не хочется опускаться до ее уровня. А вот поделиться с кем-то своей обидой хочется. Жаль, что не с кем. Я не наивна, чтобы не догадаться, что это Сергей вынудил гнусавого позвонить мне. Конечно, мой умный мужчина сопоставил имеющиеся факты — он ведь свою экс-супругу не первый день знает. Именно поэтому Глеб Искакович цедил слова извинения так, словно ему мошонку отдавили. Он, кстати, тоже сволочь. Разве профессионально — увольнять сотрудника по чьей либо просьбе? И этот человек на руководящей должности в серьезной компании сидит. Может, в соцсетях флешмоб запустить, чтобы думал в следующий раз, прежде чем злоупотреблять служебными полномочиями?

Первая мысль — позвонить и рассказать обо всем Сергею, и только нежелание выглядеть в его глазах беспомощной жертвой, меня останавливает. Не хочу, чтобы он относился ко мне как к ребенку, которому нужно памперсы менять. Хочу быть достойной его. Нооо, черт возьми, как же это сложно! Быть достойной, когда тебя рвет на части от гнева. И ведь Снежана на этом не успокоится. У нее, к несчастью, времени целый вагон, чтобы строить козни. Бездельница обесцвеченная.

Мое негодование перебивает звук входящего звонка от Сергея. Уфф, вовремя. А то крестьянская кровь уже начала одерживать верх над царской.

— Привет. Я соскучилась.

— Здравствуй, Юля. Как твое настроение? Лучше?

— Если тебя интересует, стало ли веселее оттого, что мне позвонил сам коммерческий директор компании Трилайн по Москве и Московской области, — не удержавшись, передразниваю гнусавого, — то мой ответ «да». Настроение у меня значительно улучшилось.

— Ммм… — кажется, Сергей беззвучно смеется. — И чего же он хотел?

— Сергей Георгиевич, для бизнесмена, занимающего восьмую строчку Форбс, врете вы отвратительно. Как вы, вообще, интервью даете?

Теперь Сергей смеется немного громче, и я не могу не начать улыбаться. Меня приводит в восторг собственная способность его веселить.

— Я знаю, что ты позвонил этому Скворцову и заставил его передо мной извиниться, — говорю уже более серьезно. — Он, кстати, это сделал. Правда, с искренностью у этого дяди большие проблемы. Также как и голосом. И спасибо тебе за это. Мне даже неудобно, что тебе приходится разгребать проделки Снежаны.

Смех на другом конце провода резко обрывается и я вдруг понимаю, что сболтнула что-то не то. Понимание, что конкретно не так я сболнула, приходит секундой позже.