Отец моего ребенка

— Почему ты согласилась выйти замуж за Антона?

— Он любящий и надежный, — ответила я, не представляя, насколько ошибалась.

Я не сказала, что люблю Антона. Потому что и не любила. Как ни странно, выпив, я это лучше всего понимаю. Я вообще не уверена, что когда-либо смогу любить. Но я верила ему. Он стал одной из точек моей стабильности. Но я хотела забыть Волкова, хотела навсегда вычеркнуть его из памяти, смыть с себя его прикосновения, стереть его ласки. И именно поэтому я начала встречаться с Антоном. Хотелось счастья, быть любимой, но главное было именно забыть Волкова, чтобы, наконец, не ощущать боль. Чтобы, наконец, дышать спокойно. Вот только не думала, что мой «солнечный мальчик», тот, кто был полной противоположностью Волкову, может так со мной поступить. Было больно от осознания, что он никогда и не любил. Более того, он когда-то помог разрушить мою жизнь. Похоже, любовь — выдумка, сказка для дурочек.

А от алкоголя легче не становилось. Что ж, теперь буду знать, раньше я никогда не напивалась. Я вся дрожала. Ощущала себя пустой. Только пустоту было нечем заполнить. Слишком много боли, выворачивавшей меня изнутри. Боли, от которой некуда сбежать. Но мне так хочется найти выход. Хоть какой-нибудь, чтобы заглушить ее и вновь почувствовать себя живой.

— Оль… — в дверях показался Павел."

"Еще один мужчина, причинивший мне много боли. Он уже успел переодеться. Красивый, зараза. Темные волосы, пронзительно синие глаза. Подтянутая фигура. Темная футболка обтягивает мышцы. Я знаю, что под тканью кубики пресса. Нервно облизнула пересохшие губы. Я была с Антоном, чтобы забыть Волкова. Каждым поцелуем с ним, каждым касанием я пыталась стереть из памяти Павла. Интересно, а вдруг наоборот поможет? Говорят, клин клином вышибают. Это неправильно, но правильность уже принесла мне много боли. Более того, завтра я, скорее всего, об этом пожалею. Но мне слишком нужно заполнить пустоту внутри меня. Мне нужно что-то сделать, чтобы справиться с этим холодом, который сковал все мое существо.

Это неправильно — пыталась нашептывать совесть.

«Может, вы уже кувыркались в кровати, а я тут тебе повод такой дал», — вспомнилось мне сообщение жениха. Бывшего жениха.

Нет, милый, но после такого я вполне вправе так сделать и не чувствовать вину. А заодно перестать, наконец, ощущать боль. А я точно знаю, что Павел может сделать мне хорошо, сможет дать мне, что я хочу. Такой знакомый, такой привычный и такой близкий.

— Оль, что случилось? — в голосе Павла тревога.

Не хочу отвечать. С меня хватило на сегодня слов. Я хочу совершенно другого, и плевать, правильно это или нет.

Подошла к нему, жадно впилась губами, словно желая впитать вкус его губ. Я вдыхала его запах. Никогда не могла понять, чем именно пахнут мужчины.