Отдать половину души (СИ)

Все, что выходит за рамки обычных нужд, а это мыло и шампунь, рождающим блокираторы и гигиена там всякая, считается личным и будет вычтена стоимость из вашей зарплаты. Но, - он хитрюще посмотрел на спросившего про магазины, - именно изделия тут считаются обычной нуждой. Так что да, можешь смело заказывать ящичек-другой.

Под конец беседы они прослушали инструктаж, что без каски из барака ни ногой; что питание тут не просто сносное, а очень даже хорошее, что бы работники не падали от перенапряжения; что даже есть общая комната отдыха с телевизором, бильярдом и столом для карт; что к кладовщику лезть категорически запрещено, ибо он действительно в паре с комендантом и добивался этого старичка четыре года, там на Западном, а потом сюда добивать прибыл, добился и теперь они вместе.

После всех инструкций и получения снаряжения, инструмента, каски и робы, Итан вернулся в комнату, переоделся в комбинезон, как и все тут ходившие, вышел на улицу. Смена у него завтра с утра. Первая шахта была еще фактически пустая, когда вторую заполнили на треть.

Работа была интересной и трудной. Его обучали в компании трех специалистов из собранной солянки со второй шахты и бригадира. Итан учился быстро, а за столько лет кручения гаек, он умело их крутил и тут. Приходилось долго висеть на тросах, над пустотой, заливать раствор, подаваемый тонким рукавом и дозируя его, вставлять арматурные прутья, наклонять их по градусам и замерять. Брак был недопустим. Все работы велись не на скорость, а на качество.

Итан работал все время молча и достаточно быстро научился отмерять нужное количество раствора, ставить прут, затем подчищать концы, накручивать сверху каркасные петли. За ними шли основной каркасный скелет, после чего другие бригады принимались за работу.

С сыном он говорил примерно раз в два-три дня. Любовался внуком, узнал, что зубки режутся, что он пошел, что сказал первое слово. Про свои отношения с Клаусом Аравель ничего не говорил, отводил либо тему, либо просто отмахивался и говорил, что засранца не переучишь за один раз. Правда говорил, что больше посторонними не пахнет. Правда повадился ревновать его ко всему, что движется и гуляет частенько. Попивает.

Итан волновался за сына, но тот воинственно вздергивал подбородок и говорил, что ему не так сложно уйти от папашки, как тому все вернуть назад. Но, в глазах мелькает грусть, а Итан ничего не может сделать. Пара они на четыре лапы. Бесполезно Аравелю характер показывать. Время и упорство - вот что укрепит их обоих. Разгильдяя альфу и бету выращенного альфой.

На работе все было однообразным, за исключением того, что иногда приезжали проверяющие из соседнего центра.