Отдана за долги

Мы продолжаем смотреть друг другу в глаза. Она — в ожидании. Я — в нерешительности.

— Милана, — наконец, произношу я и целую ее в губы. Просто целую и продолжаю, — ты нужна мне. Вся.

Опять целую.

— Ты — самое светлое и лучшее, что было в моей поганой жизни. Мне сложно объяснить. Я никогда раньше не делал этого. Я хочу, чтобы ты вся принадлежала мне. И общалась со мной. Только со мной.

Мой голос опять становится жестким — я вспоминаю о гондоне на спортивной машине.

— Я не буду делить тебя ни с кем.

Опять целую. Отрываюсь и глажу по волосам. Внимательно рассматриваю ее.

— Мне страшно, Дамир, — вдруг произносит она.

— Почему, Милана? Я больше не обижу тебя.

— Стас… — тихо произносит она. — Я боюсь, Дамир. Его же до сих пор не нашли. А вдруг он…

Кладу палец ей на губы.

— Не бойся. Его уже ищут. И его найдут. Он не причинит тебе больше зла. Обещаю.

— Мне все равно страшно, Дамир.

Беру ее лицо в ладони.

— Никогда не сомневайся в моих словах. Слышишь? Я обещаю, что найду его. Он ответит за все.

Большим пальцем провожу по губам.

— И чтобы ты больше не боялась, — улыбаюсь кончиком губ, — ты переедешь ко мне.

В ее глазах сразу же читается удивление.

— Да, Милана, — киваю головой, — как только вернемся, ты будешь жить у меня.

— Нет, Дамир, — вдруг произносит она.

Слово «нет» из ее рта действует на меня как красная тряпка на быка. Я сильнее стискиваю ее лицо.

— Мне больно, Дамир, — просит она и я ослабляю, но не отпускаю. Так и держу ее лицо в своих руках.

— Нет, Дамир, — повторяет она. — Пока мои родители не примут тебя, я не могу. Не могу.

— Я не спрашиваю у тебя, — цежу сквозь зубы. — Ты переедешь ко мне!

— Ты хочешь опять брать меня силой?

Стискиваю зубы.

— Чтобы я плакала? И ненавидела тебя?

Вдруг чувствую легкое касание ее пальчиков на своих плечах. Она ведет ими вверх. Волосы встают дыбом, когда она гладит по шее сзади. Потом ее руки касаются моего лица. Совсем как тогда. Когда она сама пришла ко мне во второй раз.

— Я могу быть другой, Дамир. Также как и ты.

Проводит пальцами по моим губам. Опять возвращает руки на плечи и надавливает, прижимая меня к себе.

Я подчиняюсь ей. Молча наблюдаю за ее действиями и позволяю делать с собой то, что ей хочется.

— Ты же можешь быть другим, — шепчет мне на ухо, щекоча легким касанием губ. — Я знаю, что можешь.

Ее пальчики скользят по спине. И от места касания расходятся мурашки по всему телу. И член, который давно уже упирается в мягкую ткань полотенца, которое все еще разделяет нас, становится тверже.

Меня раньше никто так не гладил. Не шептал на ухо. И не дразнил так.

И я замираю от новых ощущений. Мне хочется задержать их, хотя бы еще на мгновение.

— Поцелуй меня, Дамир, — опять шепчет она и своим горячим язычком касается моего уха.

И я послушно целую ее.