Отдаленные последствия. Том 2

Я здесь утром начинаю и вон в ту сторону… А вечером соль сыпать надо, я оттуда начинаю – и сюда…

Роман шел рядом с Сатыбалдиевым, держа в руках смартфон, на который записывал и слова дворника, и собственные короткие пояснения: о какой улице идет речь, о каком доме и подъезде, о каком дворе.

– И что, вот так каждый день? – спросил он.

– Каждый, каждый день, – закивал Мамажакып.

– А выходные у тебя бывают?

– Бывают, бывают. Но я работаю. Не могу дома сидеть, места мало совсем, детей много, жена устает сильно, кричит много… Иногда не работаю, если болею или устал сильно…

– Тебе дополнительно платят за работу без выходных?

– Платят немножко, начальник говорит, без выходных не положено, зарплата нет, премия будет… Семья большой в Кыргызстане, отец, мать, сестры, дети ихие, помогать надо… Начальник добрый, я стараюсь – он хвалит, премия дает…

Н-да, жилище Сатыбалдиевых Дзюба уже увидел. Не Версаль. Крошечная комнатенка в бывшей общаге, в которой теперь селят рабочих-мигрантов. Длинный коридор, два десятка комнат, общая кухня, один туалет и один душ на этаж.

– К десяти утра все поделаю и дома сплю до вечера, – продолжал объяснять дворник. – Дети в школа, в садик, дома один жена и дочка, дочка ночью кричит много, потом спит, и я сплю, отдыхаю.

Маршрут один и тот же изо дня в день, и занимает он примерно одинаковое время. Достаточно увидеть, как Мамажакып выходит из дверей общаги – и можно с точностью до минуты просчитать, когда и где он окажется в течение ближайшего часа.

Только для этого нужно долго следить за ним, наблюдать. Недели две-три как минимум. Неведомый убийца и его помощники демонстрируют изрядную тщательность в подготовке своих операций. Они должны были выбрать именно тот день, когда Мамажакып не возьмет свой законный выходной. Иначе весь план насмарку.

– Когда собираешься в следующий раз отдыхать? – спросил Дзюба.

– Ой, потом, потом, когда совсем усталый буду… Отдыхал три дня назад, спал много, кушал много, хорошо, сила есть.

Все верно. Три дня назад дворник Сатыбалдиев не работал, стало быть, в ближайшие неделю-другую он совершенно точно пройдет на исходе ночи свой обычный маршрут.

– А посмотри-ка сюда, Мамажакып. – Роман показал ему в телефоне фотографии: две с камер, одну из личного дела и композиционный портрет. – Никогда не видел ее?

Дворник отрицательно покачал головой.

– Нет, не видел.

Не факт, что это правда. Врать, конечно, резона нет, но азиат Сатыбалдиев может не очень хорошо различать и запоминать черты лица европеоидов. Проблемы межрасовой идентификации давно известны криминалистам и учитываются при анализе показаний и при опознании. Разумеется, учитываются далеко не всегда, а только тогда, когда выгодно.