Отдай мое сердце

 – Хорошо же ты обо всех нас думаешь, леди Кенлех!

– Ну ты даешь, – наконец сказал Мелифаро, который все это время сидел с таким видом, словно ему на голову только что упал шкаф.

При этом Кенлех выглядела как этот самый рухнувший шкаф, снаружи более-менее целый, но даже думать не хочется, что творится внутри. А сэр Джуффин Халли был похож на железный сейф, который пока только собирается упасть откуда-нибудь сверху и придавить всех разом. Но уже в деталях спланировал будущий полет и заранее им наслаждается.

В кабинете мучительно не хватало Шурфа с его советами насчет дыхательных упражнений, давным-давно всем осточертевшими, но сейчас своевременными, как никогда. Я бы сам с ними выступил, но заранее ясно, что никто не прислушается. Не то у меня амплуа.

– Но ты сам смеялся… – начала было Кенлех.

– Да я надо всем на свете смеюсь! – перебил ее Мелифаро. – Это вообще ничего не значит, кроме того, что я люблю посмеяться. Я думал, ты знаешь, что мне можно доверять.

– Ну я и не собиралась всю жизнь скрывать от тебя, что хожу в эту грешную школу. Просто хотела сперва выучить побольше разных приемов, а уже потом рассказывать. Чтобы обойтись без ненужных споров. И чтобы сделать сюрприз.

– Вот что-что, а сюрприз у тебя получился, – встрял я. – До конца года будем его вспоминать. А чему еще тебя научили в этой школе магии? Извини, что спрашиваю, просто хочу заранее знать, к чему нам готовиться. И когда мне возвращаться из отпуска, чтобы ничего интересного не пропустить?

– Да не надо тебе ни к чему готовиться! – буркнула Кенлех. – В школе учат только самым простым вещам. Как говорит леди Шумана, базовым. Без которых в повседневной жизни теперь не обойтись.

– Практика показала, что в хороших руках и этого достаточно, чтобы устроить переполох. Ладно, ты мне лучше вот что скажи: как ты себя чувствовала, когда твоя соседка орала от страха, кружа над площадью? Я не в упрек, просто говорят, ты от души веселилась, а мне как-то не верится. Я до такой степени не разбираюсь в людях? Тебе правда было смешно?

Мелифаро зыркнул на меня столь угрожающе, словно я предложил немного попытать его жену каленым железом и послушать, в какой октаве она будет кричать. Нашел от кого ее защищать. А если Кенлех неприятны мои вопросы, тем лучше. От угрызений совести пока еще никто не умирал.

Вот и Кенлех от них не умерла. А даже ответила вполне человеческим голосом:

– Мелифаро спрашивал примерно о том же, только другими словами. Более деликатно. Поэтому я не сразу поняла, в чем вообще проблема. Чего он от меня хочет, с какой стати вмешались полицейские, что вам всем не так? Видишь ли, мне казалось, что тетушка Айни была очень довольна. И кричит не от страха, а от радости, как ребенок на карусели, потому что ей нравится летать.